КОВИД-РАСКОЛЬНИКИ: ПРИЧАСТИЕ, ВИРУС И ДЕЗИНФЕКЦИЯ ЛЖИЦЫ

В 1918 году большевики издали декрет, согласно которому религиозные общины лишились прав на владение собственностью. Захваченные религиозные строения новая власть либо разрушала, либо переделывала под бытовые и развлекательные нужды. В 2010 году был подписан Закон о передаче религиозным организациям отобранного у них имущества. Сегодня подавляющее большинство передаваемых зданий находятся в аварийном состоянии, а сама передача становится предметом яростной критики со стороны антицерковно настроенной общественности.

Тема возвращения церковной собственности не однородна. Но там, где есть конструктивная цель и мирный диалог — мы видим прекрасные плоды: реставрируются здания, возникают облагороженные территории и новые центры культурного притяжения. Но нередко в этот процесс влезают какие-то люди, главная задача которых довести всё до абсурда и скандала, и при этом еще не выдать своих подлинных мотивов. И вот вам один из примеров.

В 2013 году Ростовская епархия начала процесс передачи в ее собственность здания бывшего Благовещенского храма, в котором с 1964 года находится детский театр кукол. С самого начала Глава митрополии выступил за сохранения театральной деятельности в старых стенах, до тех пор, пока не будет построено новое здание. Однако так называемые «активисты» начали бурный процесс противодействия всем этим попыткам.

Удивительное совпадение. Точно такая же история в тоже самое время разворачивалась в Казани. В 1964 году в Казани у верующих забрали храма Святого Духа. И так же, как в Ростове разместили в нём театр кукол. И так же, как в Ростове, уже в наши дни, был поднят вопрос о передачи здания верующим, и о строительстве нового театра для детей. Но вот финал этих двух похожих, казалось бы, историй грандиозно отличается.
А началось всё с того, что некие ростовские «активисты» вбросили в сми сенсацию. Оказывается, никакого храма под Ростовским театром нет. Якобы в 64 году он был взорван, и уже, вот, на его фундаменте был построен театр. В итоге получалось, что церковь, как бы, требует возвращение нового здания, только потому что на его месте когда-то стояло старое. Опровергать этот фейк пришлось с картами, схемами, планами, архивными документами, фотографиями и даже живыми свидетелями тех событий. И доказывать, что это вопиющая ложь, что церковь не сносили. Что у храмового здания лишь демонтировали купол, портики, да пристроили фасад, в виде стеклянной витрины. И всё. Поэтому и генеральный план «Ростоблпроекта» в 64 году, официально так и назывался: о «пристраиваемой части здания». Пол, потолок, стены, пилястры, колоннада, нефы, амвон, алтарная часть и даже апсида – всё сохранено. Но, как говорится, пока правда препояшется, ложь пол мира оббежит.
Вскоре, к внезапным краеведам подключились столь же внезапные знатоки церковных канонов. И в сми полетела новая «утка» о том, что храм этот, назывался греческим, и потому не принадлежал русской церкви, а принадлежал церкви греческой. И снова пришлось спорить с этими «специалистами», которые, канон от кануна не отличают, и паникадило с кадилом путают. Но все туда же. Церковь учат. И пришлось рассказывать, что храм этот действительно назывался «греческим», но только в простонародье, потому что объединял ростовских греков, но принадлежал он местной епархии, и никакой греческой юрисдикции до революции, да и по ныне, на Дону никогда не существовало.
По это же логике, простите, что получается, что собор в Кронштадте, который именуется «Морским», принадлежал водолазам и китам.
После того, как закончились явные исторические фейки, в ход пошли эмоции. В сми появились публикации с душераздирающими заголовками:
«Детей лишают детства», «Епархия выгоняет театр на улицу», «Как-то не по-божески» и так далее.
И в сотый раз, с мозолью на языке, епархия объяснялась, что никто театр не выгоняет, что с руководством подписан договор о бессрочном пользовании пока не построят новое здание.
Но кто ж в наш быстрый век вникает в скучные объяснения, после ярких обвинений.
А тут приспела и новая волна хейта и булинга — перформансы у театра, и инсталляции на либеральных тусовках в защиту театра. Как например вот эта, где подвешивали кукол в виде распятого Христа. И все веселились, все находили это таким остроумным, забавным, трепетным и высоким. Что вы. «Горожане против церковников во имя детей и детства». Лучшего спектакля не придумать. Эмоционально, современно, озорно!
Ну а далее власти стали искать конкретное место для строительства нового современного здания театра. И тут уж наши активисты совсем себя не сдерживали. В соцсетях стали подбивать народ, на… внезапную высадку деревьев. Расчет был такой. Приедут утром экскаваторы капать котлован под театр – а мы тут включаем «зеленых» и кричим, что в Ростове по прихоти церкви уничтожают рощу.
Но и это еще было не дно.
Здание бывшего храма, наконец-то, перешло епархии и встал вопрос о реставрации. И тут внезапно вылетел последний высокохудожественный сюрприз – панно с буденовцами — советский авангард 70-х годов — было объявлено культурной ценностью. Активисты быстро провели его постановку на охрану, и теперь по закону верующие обязаны думать не о восстановлении храма начала прошлого века, а о сохранности петрушки и коней. Вот такая канитель.
А что до детей?
Да никому не было никакого дела ни до детей, ни до театра, ни до искусства. А иначе бы хоть кто-то из этих театрофилов заметил наконец, что единственный театр на 200 посадочных мест, для города, где проживает 150 тыс. детей – это нещадно мало. И нужно строить новый. Что зрительный зал, который не имеет ступенчатого подъема в виде амфитеатра – это издевательство. С третьего ряда и далее малыши смотрят спектакли стоя. Что городской театр, рядом с которым нет ни одной остановки общественного транспорта, и нет даже парковки – это абсурд. Что дети, зимой не сдают одежду в гардероб, потому что система отопления не справляется. Что единственная улица, которая ведет к театру односторонняя, и вечно заставлена транспортом. И случись что, ни один спасатель не проедет к детскому театру оперативно, чтобы он не превратился во вторую «Зимняя вишню». И что со всем этим надо что-то делать…
И епархия в данном случае, будируя вопрос о новом театре, выступает больше в интересах детей, чем все эти внезапно нарисовавшиеся дето-любы…
Но конструктивные решения, похоже, не являются частью плана всех этих протестных перформансов и инсталляций. Сегодня тему протестов против передачи церковного имущества громче всего выражает публика далекая от конструктивного диалога. Её объединяет другой мотив – ненависть. Ненависть к церкви. И пока через это возможно манипулировать массами, агрессивный антиклерикализм будет прятаться за благородными темами.
Это всё, что надо знать о многих скандалах вокруг церковной недвижимости в современной России.
Ан нет, не всё.
В заключении верну вас к той самой церкви в Казани. Несмотря на тех же протестующих активистов в Казани общественность и власть вернули здание храму, а детям построили новый театр. И вот теперь посмотрите на две картинки.
Вот так выглядит результат многолетних действий провокаторов и крикунов.
А вот так результат, когда их не слушают и делают свое дело.

Таков наш век. Его ложь. Его правда. И наш тест.