Главная Блог Страница 359

Сущность Бога

Федор Куприянов и Александр Фуфлыгин

Ведущий: Как быть, если думаешь, что Бога нет? Как Его найти, и что делать, если даже искать не хочется? Здравствуйте! С вами программа «Не верю!»

Здравствуйте, дорогие друзья! Спасибо, что вы сегодня с нами в студии.

Федор Куприянов: Здравствуйте!

Александр Фуфлыгин: Добрый день!

Ведущий: Начнем наш разговор. Я предвижу интересный разговор о Библии сегодня, может быть, в первую очередь, хотя не только, наверное. Но вот таким центрированием будет эта тема, потому что оба наших сегодняшних собеседника исследуют Библию, размышляют над Библией.

Федор преподает библеистику в семинарии, Вы написали книгу, в которой размышляете над Библией. И вот как раз, Александр, к этой книге хочу обратиться вначале. Есть такая фраза в ней: «Стремление к познанию Бога, к познанию божественной истины присуще всякому человеку, верующему или неверующему», — сам по себе такой провокационный тезис.

А дальше, через несколько абзацев, Вы пишете: «Как человеку разумному, рациональному, мыслящему прийти к Богу через Библию?» Вы себя считаете неверующим, и в этом смысле каким образом Вам интересно, почему тогда, тем не менее, интересно прийти к Богу через Библию?»

Александр Фуфлыгин: Ну, объясню свою позицию. Вот представьте себе, наш мир — абсолютно все. Это трудно представить, я понимаю, но все-таки попробовать можно.

То есть абсолютно все — материальный мир, нематериальный, видимый, невидимый, то, что мы можем постигнуть, то, что мы никогда не постигнем, это нам недоступно, время, отсутствие времени, пространство, все, что угодно. Вот это все находится в совершенно идеальном состоянии полного равновесия.

Вы понимаете, все здесь люди образованные, разумные, что существуют определенные законы, о части которых люди знают, часть которых никогда не познают или не понимают сегодня, пытаются понять, изучают и так далее.

Так вот, я это называю «абсолютное единство всего». Вообще в человеческой психике есть такая проблема — человек должен все назвать своими именами. Помните, в Библии, в Ветхом Завете, в Бытии Бог сказал Адаму и Еве, что «вы сейчас можете давать имена животным, растениям и всему, что вы видите». Это и есть символическое изображение вот этой способности человеческой психики.

И надо называть именами, человек по-другому не может жить, и всему человек должен найти объяснение. Но представьте себе, как человеку объяснить вот это абсолютное единство всего. Во-первых, оно абсолютное, бесконечное во времени и пространстве, всемогущее, всем управляет. Как ему дать определение? Ведь, если его как-то назвать…

Ведущий: Для Вас это и есть Бог?

Александр Фуфлыгин: Ну, для меня это направление исследования — понятие «Бог». Ведь даже само слово «Бог» — оно очень сильно ограничивает то, о чем мы говорим.

Ведущий: Ну, то есть Вы себя все-таки считаете неверующим, или агностиком, или человеком, интересующимся верой? Вот я пытаюсь на этой шкале как-то представить Ваше место.

Александр Фуфлыгин: Я понял. Ну, это очень сложный вопрос, если честно. Вы так легко его задаете, но мне трудно на него ответить.

Ведущий: Работа такая.

Александр Фуфлыгин: Да, я понимаю. Сложно на него ответить, потому что я не верю в христианского Бога, вот в Бога Святую Троицу, в Бога сверхличность, который создал Вселенную. Почему? Потому что личность все-таки — это какие-то ограничения, какие-то границы.

То есть мы, попросту говоря, в прокрустово ложе вот это абсолютное единство всего, то, что нам неведомо, размещаем, обрубаем, и вот как нам понимать сейчас, вот так и понимаем.

Ведущий: Хорошо. Федор, вот хотел бы Вас спросить, как человека, преподающего библеистику. Сейчас много появляется книг, литературы разной под общим таким мотивом, что сейчас мы наконец-то раскроем все тайны Библии. Вот много тысячелетий, много веков люди читали как-то неполно, неполноценно, ничего не понимали, а вот сейчас мы придем и все объясним.

Вот для Вас как для библеиста профессионального такие попытки о чем свидетельствуют?

Федор Куприянов: Ну, удивительно, что Библия существует давно, если мы говорим о Ветхом Завете, она существовала еще в период Ветхого Завета, если говорим о Новом Завете, то появилась впоследствии, но все это объединено в Библию.

И если говорить о каноне Библии, то он был создан все-таки, окончательно сформировался к IV столетию. Это не означает, что Библия была в IV столетии написана, просто были разные книги, которые были написаны в I столетии, в начале II столетия, кто-то писал даже позже.

И впоследствии Церковь определила, выделила среди вот этой массы различных книг, которые мы сейчас называем апокрифами, все-таки те книги, которые являются Словом Божиим, которые были написаны в I столетии. И вот именно эти книги вошли в канон Библии, в канон Нового Завета и до сих пор существуют в неизменном виде.

И вот здесь удивительный момент, что прошло уже 2 тысячи лет, Библию критикуют, переписывают, переводят, но она сохраняется неизменной. И вот то, что она действительно сохраняется неизменной, притом, что ее даже пытались уничтожить, сжигали, запрещали, запрещали людей, которые читают Библию, хотя бы мы можем вспомнить коммунистический период, когда Церковь выжигали и расстреливали, то Библия сохраняется, и интерес к Библии точно так же сохраняется.

Многие хотят ее прочесть, кто-то ищет в ней, естественно, веру, Слово Божие, как, например, я, а кто-то пытается доказать, что это не более чем некие басни, но Библия сохраняется. И она сохраняется по одной простой причине — она обладает таким уникальным свойством как богодухновенность.

Это действительно Слов Божие, в отличие от других книг, даже которые Святыми Отцами написаны, но эти книги человеческого разума. Библия действительно написана Богом, и именно поэтому она сохраняется на протяжении многих веков. Это самое главное — это Слово Божие, богодухновенное писание.

И очень интересный момент по поводу изучения Библии. Дело в том, что изучать Библию, учить ее наизусть, к примеру, бесполезно. В Библию нужно вживаться, это самое главное для христианина, для верующего человека.

Нужно не просто знать Библию, нужно жить по Библии, нужно жить по тому, что говорит нам Господь. И если Господь нам говорит поступать определенным образом, поступать хорошо, и если человек не поступает так, он не поймет Библию, он не увидит ее глубины.

Если же он живет по Библии, то эти глубины будут раскрываться все глубже, глубже и глубже, и он будет постигать Бога все больше, больше и больше. И здесь я хотел бы вернуться к тому, о чем говорил Александр, о именах Божиих. Действительно…

Ведущий: Об именах Божиих?

Федор Куприянов: О именах Божиих. Действительно, дать определение Богу, дать Богу одно-единственное имя, которое бы полностью описало Его, определило Его, невозможно. И в Библии используются разные имена, не потому, что это имена разных Богов, а потому, что они раскрывают действия Бога в мире с разных сторон.

Господь Саваоф, Господь Воинств употребляется тогда, когда речь идет о военных победах Израиля. Господь Сущий употребляется, когда речь о сотворении мира, о вопросе исхода из Египта. Ведь перед израильтянами стоял вопрос — быть или не быть, уничтожат их или не уничтожат.

И когда Моисей испрашивает у Бога: «Как имя Тебе? Вот с каким именем я приду в Египет, чтобы сказать «Господь меня послал», — то Господь открывает ему Свое имя — Сущий.

Это не было новым именем, и это имя прекрасно знал Израиль, живущий в Египте, но это имя было самым важным в тот период, потому что вопрос, уничтожат их или не уничтожат, стоял ребром. И Моисей пришел с именем Божиим Сущий — тот, кто дает существование.

Ведущий: Александр.

Александр Фуфлыгин: Нет, я не спорю, что имена действительно у Бога есть, и они произносятся. Хотя иудеи говорят, что нельзя произносить вслух имя Бога, но мне кажется, что здесь какое-то непонимание древних текстов.

И все-таки, если возвращаться к Библии, я бы, например, попробовал предложить другую версию прочтения Библии. Вот мой оппонент сейчас много интересного сказал, но я позволю себе заметить, что в основном это эмоции, понимаете? Это эмоциональная часть.

Конечно, Библия вызывает огромные эмоции, вера вызывает огромные эмоции, религия, это есть основа для человека. Эмоции — основа человека.

Ведущий: Это программа «Не верю!» Мы вернемся после небольшой паузы.

Это программа «Не верю!» Мы продолжаем наш разговор.

Александр Фуфлыгин: Я понимаю, что получают верующие от веры, от Библии и от религии. Но давайте подумаем, что в Библии все-таки гигантское количество несоответствий, сложностей.

Ну, например, что стоит та самая знаменитая фраза Иисуса, когда Он говорит: «Я пришел огнем и мечом отделить человека от близких его»? Я читал много комментариев этим строкам и понимаю, что все те, кто комментирует, до конца понять не могут, как этот человек мог это произнести.

Ведущий: А Вы поняли?

Александр Фуфлыгин: Во-первых, сколько комментариев я ни читал, считается всеми толкователями, комментаторами, что здесь в Библии описаны какие-то реальные события, реальные люди, реальные происшествия, какие-то природные явления, и так далее, и тому подобное, что в Библии действительно описаны реальные сношения человека с Богом, то есть какие-то основы религии положены, веры, что якобы те персонажи, которые описаны в Библии, действительно реально существовали.

Отмечу, что это приводит к огромным количествам проблем, потому что, во-первых, гигантское количество персонажей, которые описаны, никогда не существовали, доказательств этого нет, и города — Содом и Гоморра. Я был в Израиле, нет этих городов, никто не знает, где они находились.

Всемирный потоп — все-таки на планете Земля никогда этого события в тот период времени, когда его описывает Библия, не происходило, и любой ученый человек это докажет. Но вопрос-то не в этом. О всемирном ли потопе, о водном ли потопе речь-то идет?

Вот если, например, воспринимать Библию как книгу символов, где все, что написано, не о материальном мире, это книга о человеческой душе и только об этом пространстве.

Ведущий: О мире человеческой психики, как Вы пишете в Вашей книге.

Александр Фуфлыгин: О мире человеческой психики, потому что «психо» — душа.

Федор Куприянов: Я тоже достаточно много путешествовал по Святой земле, по разным странам, которые окружают ее — и Египет, и Иордания, и Сирия, и Ливан — разные страны. И я знаю о том, что в этих странах были раскопаны те города, о которых шла речь в Библии.

Конечно, не нужно себе представлять, что выявляются раскопки, где написано: «Этот город был создан в соответствии с таким-то стихом Библии». Понятно, что такое мы никогда не найдем, но археологические раскопки — они показывают, что те события, которые описаны в Библии, действительно могли быть.

Ну, к примеру, есть раскопки Мари. Эти раскопки подтвердили различные имена, которые использовались в тот период в Месопотамии. Эти имена, в том числе, упоминаются в Библии. Это подтверждение того, что Библия — не выдумка. Потому что, если бы Библию придумывали, когда-то впоследствии эти имена бы не использовали.

Традиция, когда бесплодная жена приводит свою служанку, как это сделала Сарра, приведя служанку к Аврааму, эта традиция также описана в раскопках Мари. Это один из примеров. Если мы говорим о Содоме и Гоморре, эти города действительно были обнаружены.

Сейчас Мертвое море обмелело, оно сейчас где-то около 30% покрыто водой от того, что было еще лет 20 назад, и поэтому достаточно много раскопок проводится. Иерихон, который брали израильтяне, раскопан, и многое-многое другое. Поэтому Библия — она подтверждается.

До ХХ столетия под вопросом был Понтий Пилат — а был ли такой человек вообще? Вот действительно, нет никаких сообщений о том, что он был, и на основании этого на протяжении XVIII столетия, XIX столетия, половины ХХ столетия спорили и говорили, что христиане его просто придумали.

И вот в 1961 году был найден камень, на котором был указан Понтий Пилат. Не так давно при раскопках дворца Ирода была обнаружена печатка, судя по всему, принадлежащая Понтию Пилату, и поэтому до середины ХХ столетия действительно можно бы было рассуждать о том, что такого человека не существовало.

Но археологические раскопки последних десятилетий, а сейчас начинают копать все больше и больше, начинают подтверждать существование различных личностей.

То есть, иными словами, даже если сейчас мы не знаем, есть ли раскопки того или иного… ну, вернее сказать, есть ли документальное внебиблейское подтверждение существования того или иного человека, то, на самом деле, оно может быть найдено, и мы участвуем в этой истории подтверждения Библии.

Не нужно забывать, что сама Библия является источником, подтверждающим существование того или другого.

Ведущий: Вот смотрите, давайте обратимся теперь к еще одной важной теме, которая у Александра прозвучала, об этом символическом взгляде на Библию как на текст. Мне кажется, тема чрезвычайно важная и сложная, в том смысле, что, конечно, я думаю, что тут мы согласимся, что текст библейский как текст вообще любой, особенно древний, подразумевает какую-то, в том числе символическую, интерпретацию.

Это понятно, что только наивный читатель будет читать Библию как учебник по антропогенезу и биологическому развитию. Тут, я думаю, Вы согласны. Тогда мы переходим к тому, а в чем этот символизм? Что такое вообще символ, в данном случае библейский?

Федор Куприянов: Ну, давайте начнем тогда с того, о чем говорил Александр. В начале сотворил Бог небо и землю. Насколько действительно могли быть сотворены небо и земля, и вообще что это такое?

Если почитать Библию, если почитать внимательно, в том числе те внебиблейские источники, которые были написаны примерно в тот же период, тех же самых шумеров, в них есть точно такой же термин «ан-ки» — «небо-земля», это описание «всё».

То есть, условно говоря, фразу «В начале сотворил Бог небо и землю» мы должны понимать, как «В начале Господь сотворил все». То есть до этого творения не было времени. И вот вначале, то есть, условно говоря, тогда, когда Господь творит, появляется время — мы можем говорить о начале нашего мира, и Господь творит все.

А далее Господь раскрывает уже конкретно, как Он творит мир. Действительно, многие вещи… Мы не были свидетелями творения мира, и мы не можем сейчас говорить о том, как это происходило. И есть разные теории.

Кто-то говорит о том, что нужно понимать, действительно буквально в течение 24 часов Господь сначала сотворил планеты, Луну, Солнце, животных и так далее. Кто-то говорит о том, что дни творения — это периоды, потому что «йом» — еврейское слово, означает период времени, и речь не идет о 24 часах. Это может быть сколь угодно длительный период.

Ведущий: То есть не за 6 суток Бог творил, а за 6 каких-то промежутков времени?

Федор Куприянов: Да, не за 6 суток, а за 6 периодов, вполне возможно. Также кто-то говорит о том, что йом — это может быть картина. Как Моисею описать мгновенное творение всего? Это невозможно. Поэтому Моисей, рассказывая откровение Божие, описывал его в 6 картинах, понятных человеку.

Поэтому, если говорить все-таки о Библии, на мой взгляд и на взгляд православных, Христианской Церкви, это все-таки книга, описывающая историю человечества, но не просто историю человечества, а историю нашего спасения.

И здесь в какой-то мере я соглашусь с тем, что цель Библии — это не просто описание исторических событий. Цель Библии — привести нас к Богу, стать лучше, помочь стать лучше, помочь спастись, помочь стать святыми.

Поэтому, да, действительно, в какой-то части она, безусловно, описывает нашу душу и развитие души, но все-таки те события, которые описаны в Библии, эти события являются историческими.

Александр Фуфлыгин: Библия, с моей точки зрения, это абсолютный символизм, там нет никаких реальных фактов. Все реальные факты не имеют значения как реальные факты, как исторические факты. Почему? Потому что они только символизируют что-то происходящее в нашей душе.

Понятно, что можно говорить о том, что Бог создал небо и землю, но, конечно, для человека как такового неважно, что там дальше с Вселенной каким образом происходило. Ему важна вот эта земля и вот это небо над головой, это понятно. Но для чего нужно было вот именно в таком-то виде делать?

Я могу привести кучу примеров, на которые никто не найдет ответов. То есть что-то, может быть, и доказано, и существуют и реальные персонажи. Я не спорю, они, скорее всего, есть, но для чего нужно было перемешать и реальные персонажи, и нереальные, и научные, и ненаучные?

Ведущий: А как Вам кажется, для чего?

Александр Фуфлыгин: Потому что это символы.

Ведущий: Для Вас символ… Символы — понятия, чрезвычайно в философии развитые и многозначные. То есть Вы символом называете нечто, не соотнесенное ни с какими историческими событиями, некая такая притчевость, Вы имеете в виду?

Александр Фуфлыгин: Некие исторические события, которые описаны, придуманные и реальные, они символизируют какие-то явления и процессы, происходящие в человеческой душе.

Ведущий: То есть нужно смотреть то, на что символ указывает?

Александр Фуфлыгин: Когда мы говорим «небо и земля», мы говорим о двух основах человеческой психики — божественной и земной, понимаете? Вот и все.

Когда мы говорим, что Ева рождена из ребра Адама, какое количество споров об этом: Бог взял ребро у Адама и создал Еву. Сколько споров, гигантское количество и несогласия научного мира. Но если мы возвращаемся в пространство человеческой души и обратим внимание на слово «ребро» как символ…

Откройте любой словарь и посмотрите, что означает «ребро» — грань. То есть Ева — женское начало человеческой психики. Адам — мужское, рациональное, разумное, Ева — эмоциональное. Эмоции нам позволяют отделить одно от другого, но верховодит всем разум.

Не мужчина выше женщины по положению, не мужчина главный, а женщина унижена, мужское начало, разумное выше в нашей психике, а женщина — эмоция, помогает отделить одно от другого, черное от белого, хорошее от плохого.

Ведущий: Федор, если я правильно слышу логику Александра, то это стремление читать Библию, вот именно, как Вы сказали, Александр, как абсолютно символическую книгу, где вот этот вот элемент историзма абсолютно вынесен за скобки или просто признан недействительным.

Вы же все-таки, если я правильно слышу Вашу мысль, говорите о том, что в Библии есть и то, и то. Это не просто какие-то висящие в воздухе символы, это все-таки события, описанные, реально бывшие, и с этим надо согласиться, с Вашей точки зрения. Но смысл Библии не в изложении этих событий, а в чем-то еще. Я пытаюсь просто нащупать вот эту как бы разницу подходов сейчас.

Федор Куприянов: Я объясню. Разница подходов в одном — в цели изучения Библии. То есть мы же не просто читаем какую-либо книгу, вроде того, чтобы прочесть и поставить галочку — прочел еще 500 страниц. Это бесполезное действие.

Причем, если мы начнем просто читать, ради того чтобы прочесть 500 страниц в сутки, поставим себе такую цель и будем читать, зашли в магазин, схватили все возможные книги и начинаем читать по 500 страниц, я думаю, что, если целью будет прочесть 500 страниц, человек не сможет пересказать даже того, что он прочел. Для него цель — прочесть 500 страниц.

Так вот, здесь вопрос — в чем цель чтения Библии. Если мы читаем Библию, для того чтобы найти дорогу к Богу, то в этом случае мы, безусловно, найдем много подтверждения того, что исторические события, описанные в Библии, действительно существовали.

Цель Библии — описать историю спасения. Не просто дать какой-то набор событий и описание каких-то историй, для того чтобы человек потом мог как-то это истолковать. Не как-то, а применимо к истории собственного спасения. И это история спасения как народа избранного до пришествия Спасителя, так и история нашего спасения, уже новозаветного.

Наша цель — понять Библию и жить по Библии, для того чтобы достичь Бога. Если же Бога не существует, как предполагает кто-либо, и будет читать Библию просто как набор каких-то символов, то цель чтения Библии, на мой взгляд, будет полностью утрачена. Он превратится в человека, который просто ищет 500 символов в этой книге.

Ведущий: Это программа «Не верю!» Мы вернемся после небольшой паузы.

Это программа «Не верю!» Мы продолжаем наш разговор.

Александр Фуфлыгин: Вот представьте себе человека не современного, а несколько веков назад, ну, не такого образованного, может быть, очень простого, может быть, даже в чем-то темного, и покажите ему символическое изображение атома. Что он увидит? Увидит он атом? Конечно, нет. Он увидит, ну, что угодно, цветок, например. Но ученый человек, который понимает, о чем идет речь, увидит атом.

Люди и не могли увидеть никаких символов в Библии, потому что психика человека не была к этому готова до сих пор, я так полагаю. Символы нужны для чего? Чтобы мы увидели истину.

Авторы Библии описывали явления и события в человеческой психике, которые не понимали и не знали. Они не могли дать этому определение на обыкновенном языке. Сегодня психологи, ученые могут это объяснить, а они-то не могли.

Ну, там, например, есть такой символ как святой город. Помните, когда Иисус вознесен был в пустыню, и Его потом перенесли в святой город? Что такое «святой город»? Споров много — Иерусалим, что-то еще. А, например, если на языке символизма говорить, это СуперЭго человека.

Что такое «святой»? Это какие-то нерушимые границы, правильно? А что такое «город»? Ограждение какое-то. Что такое «СуперЭго»? Это какие-то высшие установки человека, которые он преодолеть не может, родительные установки, божественные, понимаете? Это его, так сказать, основа основ.

Как мог автор Библии вот это описать простыми словами, не понимая, что это такое? Он действительно боговдохновленный был человек, он действительно это увидел в образах.

Федор Куприянов: Очень хороший пример, который Вы привели, по поводу святого города, куда был вознесен Спаситель дьяволом в момент искушения. Мы знаем, что дьявол предлагал ему несколько искушений.

Он предлагал сделать хлеб из камней, он показал ему все царства мира и сказал: «Я дам это Тебе», — и в том числе он привел Его в святой город, поставил Его на крыло храма и сказал: «Бросься вниз, потому что сказано, что Ангелы Тебя подхватят, это будет чудом. Сделай это».

Что делал дьявол? Он предлагал Спасителю другой путь — не путь проповеди, не путь Евангелия, а путь хлеба и зрелищ. Хлеб можно делать из камней, а храм, на крыло которого поставил дьявол Спасителя, находился в Иерусалиме. Это центральная площадь, заполненная людьми.

Если бы Христос прыгнул с этой 20-метровой, 30-метровой высоты вниз и не разбился, а Ангелы бы спустили Его к земле, то это действительно привело бы к вере вот этих людей, но это не была бы евангельская вера. Это была бы вера людей, которые говорили: «Давайте еще фокус, вот тогда мы за Тобой пойдем. Хотим еще зрелища».

То есть это действительно Святой город Иерусалим, это действительно единственный храм, который там был, потому что других храмов не было у иудеев, и это вполне историческое событие.

Но, когда мы читаем Библию, мы видим там с христианской точки зрения прообразы. Это некоторые события, которые могут отражаться в нашей жизни. Вот как Вы говорите: «В этом событии я могу увидеть какие-то события, связанные со своим Эго, с решением своих психологических проблем».

Действительно, Библию можно так использовать. Можно говорить о том, что и здесь есть предлог для разговора. Если мы возьмем Библию, возьмем любое событие, которое там описано, даже чисто историческое, о котором даже спора-то нет, мы можем использовать ее в качестве предлога для разговора на любую тему, предполагая что-то из своей жизни — символы, психологию и многое-многое другое, но цель-то другая.

Александр Фуфлыгин: Можно в связи с этим вопрос?

Федор Куприянов: Да.

Александр Фуфлыгин: Я знаю, что Федор тоже юрист, мы оба по образованию юристы. У меня к Вам вопрос: для чего Вам как юристу, как специалисту черпать из Библии, например, какие-то исторические факты?

Для этого есть историческая литература, научные исследования, там все расписано намного более четче и более понятно, и доказано. Для чего Вам она как источник нравственности и морали, когда есть для этих целей совсем другие источники? Для чего?

Федор Куприянов: Так вот, ответ, зачем мне нужна Библия. Первый момент касается того, что вот есть некие исторические исследования. Если мы возьмем любое историческое исследование, касающееся того периода, оно будет основано на чем? На археологических раскопках и на различных письменных источниках. Ну, ничего другого не придумали. Машины времени нет, поэтому перенестись туда и посмотреть, как было, мы не можем.

Библия является одним из таких источников, если мы говорим об историчности. Но я возвращаюсь к тому, о чем я говорил в самом начале. Библия важна не своими историческими выкладками, не какими-то событиями, которые произошли. Она важна как учебник, помогающий прийти к Богу. Это книга, которая описывает, как нам спастись.

И тут я отвечаю на Ваш второй вопрос: какие нравственные уроки я могу вынести из Библии, которые помогут мне в моей жизни? Библия — это центральная книга, и если я буду читать Библию, я действительно приближусь к Богу, и, более того, я на своем опыте могу сказать, что это действительно так. Если же я буду читать какие-то другие книги, они могут помочь, а могут и не помочь.

Ведущий: Смотрите, очень важный момент. Я как раз хотел схожий вопрос с тем, который Вы задали Федору, Вам задать. Вот Федор озвучивал, скажем так, логику человека религиозного. Библия — это учебник, если угодно, приближения к Богу, выстраивания отношений человека с Богом. Для Вас как для человека нерелигиозного какова вот эта большая финальная цель чтения Библии?

Александр Фуфлыгин: Вы понимаете, когда верующий человек говорит: «Путь к Богу, Бог», — что я вижу? Я вижу эмоции.

Ведущий: Нет, Вы, простите, ответьте про себя

Александр Фуфлыгин: Да. Для меня эмоции не так важны здесь, для меня сама суть важна, в том числе и рациональная суть. Когда я вижу Библию как книгу символов, для меня четко выстраивается ее задача.

Ведущий: Так. Какова ее задача?

Александр Фуфлыгин: Человек является частью вот того абсолютного единства, о котором я вам говорил. Все проблемы человека, что он чувствует себя в отрыве от этого всего, в том числе и в отрыве от Бога. Религиозные люди, верующие называют это «Бог», в отрыве от Бога, и в этом вся проблема. От этого и болезни, и проблемы, и несчастья человека.

Как только он почувствует себя частью общего целого, как только он этой гармонией насытится и станет полностью гармоничным существом на психологическом уровне, на уровне психики, у него пропадут страхи, у него пропадут болезни, он будет абсолютно счастливым человеком.

Завет Бога помните, договор между Богом и человеком, символом что являлось? Радуга. Радуга — символ жизни всеми цветами. Радуга — это жизнь всеми цветами радуги.

То есть, когда человек примет в себе все, и хорошее, и плохое, когда он поймет, что все — это он есть сам, что все это дано ему природой, природой вещей, Богом, абсолютным всеединством, он перестанет в себе отрицать очевидные вещи, задавливать их внутри себя.

Тогда он просто станет на путь к Богу, то  есть на путь к полному равновесию, к гармонии, счастью, для чего мы здесь и живем. Разве мы живем для несчастья? Конечно, мы хотим обрести счастье. Что для Вас, Федор, например, встать на путь к Богу? Это что значит?

Ведущий: Вот хороший вопрос.

Александр Фуфлыгин: Для меня это получить душу, которая примет все, что есть во мне, примет весь окружающий мир и получит жизнь всеми цветами.

Федор Куприянов: Я Вас понял, и, на самом деле, понял, в чем разница между тем, что говорите Вы, и тем, что говорю я. Для меня Господь — живая личность, более того, любящая личность, которая любит всех. Для Вас, как я понимаю, речь идет просто о неком мироздании, единстве всего обезличенном.

Для Вас нет Бога как личности. Это не более чем некие законы, действующие в нашем мире. Так вот, если я говорю о своем пути к Богу, то я иду именно к Богу как к личности, я хочу стать лучше, я хочу обожиться. Это вполне христианский термин. Я хочу стяжать святость.

Александр Фуфлыгин: Понимаете, это страшная вещь.

Федор Куприянов: Минутку. Если же говорить о Вас, то Вы предлагаете просто некое единство с природой вокруг, ну, с нашим миром. Я правильно Вас понял?

Александр Фуфлыгин: Нет, неправильно.

Федор Куприянов: Тогда что для Вас достичь этого самого единства всего?

Александр Фуфлыгин: Смотрите, во-первых, хочу сказать, что, когда Вы говорите: «Я хочу стать лучше», — извините, конечно, не хочу Вас обижать, но Вы говорите страшные вещи. Потому что, если каждый человек будет говорить: «Я хочу стать лучше», — но для каждого «лучше» разное, и человек не может дать четкое определение, что такое «лучше».

Но если мы говорим о том, о чем говорю я сейчас, то мы принимаем Библию как инструкцию для человеческой души, принять все внутри себя и не отвергать…

Федор Куприянов: Но ради чего?

Александр Фуфлыгин: Так для того, чтобы вы получили жизнь, полную красок, которую Бог дал каждому человеку, природа вещей дала. Вы пытаетесь, чтобы я объяснил, что такое «Бог». Я не могу понять, что значит «личность Бога». Это что, какое-то существо, которое где-то живет, с руками и ногами? Что это значит? Ну, что это?

Вы Ему границы задаете, опять же, уменьшаете Его. Я Его увеличиваю, я говорю, что Он бесконечен и абсолютен, Вы говорите: «Нет, Он меньше намного», понимаете?

Ведущий: А что такое «личность»?

Александр Фуфлыгин: В этом и разница. Что такое «личность»? Личность — это ограничение.

Федор Куприянов: Нет, личность — это не ограничение, точно так же, как вы не сможете выделить мою личность из меня.

Александр Фуфлыгин: Как это?

Федор Куприянов: Не получится у Вас, и описать ее не получится, и границ невозможно определить.

Александр Фуфлыгин: Вот, благодаря личности Вашей, мы Вас понимаем и ассоциируем как Федора. Вы — социальный человек для нас.

Федор Куприянов: Да, но, тем не менее, Вы не можете дать мне полное определение именно моей личности, не описывая мое тело. Точно так же, когда мы говорим о Боге, то Господь отличается от нас не руками, не ногами, не тем, что находится там справа, слева или в каком-то другом измерении. Он отличается от нас Своим существом, которое не имеет ограничений.

И когда мы говорим о том, что Господь, к примеру, не может совершить зло или не может совершить грех, то тем самым мы его не ограничиваем, не говорим: «Вот Он чего-то не может». На самом деле, мы даем Ему максимально широкое описание, то, с чего я начал.

Господа необходимо постигать всю свою жизнь. Дать Ему итоговое определение невозможно. И богословы говорят о том, что, так как Он безграничен, вездесущ, всеведущ, абсолютен, мы не можем дать Ему определение, но мы должны идти к постижению Бога.

Точно так же, как если бы мы говорили: «Ну, подождите, все книги в мире прочесть нельзя. Зачем? Я хотя бы одну буду читать», — это неправильный посыл, согласитесь с этим. И поэтому, действительно, постичь Бога, дать Ему определение, ограничить Его невозможно. Но мы должны приближаться к постижению Бога. Это наша цель.

Александр Фуфлыгин: Так Вы же и пытаетесь Его ограничить, когда говорите: «Бог — это личность».

Федор Куприянов: Нет.

Александр Фуфлыгин: Ну, как же?

Федор Куприянов: Я не собираюсь Его ограничивать.

Александр Фуфлыгин: Вот, понимаете…

Федор Куприянов: Я стремлюсь постигать замысел Божий. Я стремлюсь постигать, как мне самому обожиться. Потому что в нас заложены те же самые свойства, которые в Боге в абсолюте. Мы креативны — Господь творец. Мы обладаем разумом — Господь всеведущ. Мы обладаем бессмертной душой — Господь вечен.

Вот все эти свойства Божии в нас заложены, но в минимальном своем значении. Это называется образом Божиим. Наша цель — уподобиться Богу, развить эти качества и приблизить их к тем значениям, которые есть в Боге. Так вот, наша задача именно такова — обожение, стяжание святости, постижение Бога, приближение к Нему, и Библия нам в этом помогает.

Еще раз говорю, мы приближаемся к Нему не как просто к некому закону, который как-то непонятно действует. Мы говорим о личности, которая любит нас, и вот эта любовь, на самом деле, всепоглощает.

Более того, Вы в своей фразе использовали слово «страх», что люди боятся, и этот страх является неким препятствием между человеком и Богом. Так вот я могу сказать, что никакого страха перед Богом нет и быть не может, потому что Он является отцом. И когда Он…

Ведущий: А как же фраза «Начало премудрости — страх Господень»?

Федор Куприянов: Вот, очень хороший момент. Что такое «страх», и что мы понимаем? Вот когда мы говорим: «Вот у нас есть отец, который нас любит», — мы обращаемся… Я имею в виду, обычный наш земной отец. Когда мы к Нему обращаемся, мы действительно боимся регулярно потерять Его.

Этот страх — не страх отца, который может тебя убить или что-то с тобой сделать, мы знаем, что Он любит человека, но это страх именно досадить ему, не оправдать надежд. Этот страх — не страх отца, а страх в своем развитии.

Так вот, в данном случае, когда мы обращаемся к любящему отцу, вот эта любовь полностью стирает какой-либо страх: «Я не боюсь Бога, и никто не должен бояться Бога».

Я не говорю о том, что есть люди, которые говорят: «Да, самое главное — бояться Бога. Если мы совершим что-то такое, то все, мы будем гореть в вечном огне», — и так далее. Это неправильно, эти люди не христиане, как бы они себя ни называли, потому что наша цель — двигаться к свету, а не бороться с тьмой.

Александр Фуфлыгин: Ну, понимаете, двигаться к свету — цель у любого неверующего человека. Вы думаете, они к тьме идут? Тоже к свету, только по-своему. Так в чем разница? Никакой разницы нет.

Федор Куприянов: В чем цель жизни тогда?

Александр Фуфлыгин: Цель жизни? У человека есть огромная проблема — это его психика. Она одновременно и величайший инструмент природный, одновременно она создает для него огромное количество проблем, в том числе страхи.

Вот Вы заявляете, что страхов нет, но вот позвольте с Вами не согласиться. В каждом человеке гигантское количество страхов: страх выглядеть как-то не так и так далее.

Ведущий: Но Федор не говорил, что страхов нет, но что страха Божия в таком примитивном понимании, как боязнь, что тебя ударят по голове половником.

Александр Фуфлыгин: Поверьте, есть.

Ведущий: Вот этого нет в нормальном состоянии верующего, если я правильно понял, вот этого страха Божия, вот так примитивно понятого, нет.

Федор Куприянов: Да, абсолютно верно.

Александр Фуфлыгин: Как раз несогласен, как раз несогласен. Как раз и есть.

Федор Куприянов: Он не должен бояться, если он верит в Бога.

Александр Фуфлыгин: Он не должен бояться, но этот страх существует. «Нас легион», — сказано в Библии. Это как раз о тех бесах, о стахах… Бес-то как переводится? Если вы начнете этимологию слова исследовать, поймете — страх. Это страх человека.

И если вы будете стремиться к полной гармонии внутри себя, страхи пропадут, они исчезнут, потому что… А чего вы боитесь? Вы боитесь не так выглядеть перед другими людьми, потому что не можете себя принять как такового, какой есть.

Посмотрите, что сегодня с людьми делается — полная зависимость от средств социальных сетей. Все хотят выглядеть лучше, то есть они себя лично не принимают, и они настолько уже зависли в этом, что они другой жизни не представляют.

Так что ими движет, страх? Страх пропадет, если ты прекрасно себя чувствуешь, в каком бы виде ты ни был, как бы ты ни выглядел. Вот она — жизнь, полная цветов, полная красок, понимаете? Будет бояться, естественно.

Федор Куприянов: Я Вас услышал, я Вас услышал.

Александр Фуфлыгин: И с ограничений в отношении Бога все и начинается.

Федор Куприянов: Так вот Вы описываете ветхозаветную модель. Действительно, в Ветхом Завете были строгие рамки, что можно делать, чего делать нельзя, 613 заповедей, ограничивающих людей.

Зачем это требовалось? Для того чтобы чисто внешне можно было определить, человек в завете с Богом или не в завете, человек израильтянин, или же он уже ассимилировался в каком-то языческом народе. Вот эти все ограничения и страх ограничений — он заставлял их сохраниться как отдельно избранный народ. Это ветхозаветный период.

Александр Фуфлыгин: Может быть.

Федор Куприянов: Если же мы говорим о новозаветном периоде, то Господь, Спаситель, Иисус Христос нам уже не говорит: «Не делай того, не делай сего». Ведь какие у нас десять заповедей? «Не убий, не прелюбы сотвори» — отрицание, чего делать нельзя.

Ведущий: Это программа «Не верю!» Мы вернемся после небольшой паузы.

Это программа «Не верю!» Мы продолжаем наш разговор.

Федор Куприянов: Господь в заповедях блаженства указывает нам широкий путь: будь чистым сердцем, будь смиренным и многое-многое другое. Речь идет о широком пути без рамок, и страха у христианина быть не должно, и помощь Божия поможет.

Александр Фуфлыгин: Федор, понимаете, оттого, что Вы человеку скажете, что не надо бояться, он бояться не перестанет, это же смешно. Вы бойтесь. Но так ведь невозможно.

Ведущий: Александр, а Вы считаете, что Ваше прочтение Библии все-таки избавляет от страха?

Александр Фуфлыгин: Оно не избавляет от страха, оно показывает путь, как избавиться от этих бесов, от страха внутри человека. Потому что, благодаря страхам, вся проблема на земле и появляется.

Ведущий: Федор, а вот Ваше прочтение Библии тоже, я так полагаю, помогает избавиться от страха?

Федор Куприянов: Безусловно. Причем Господь даже сказал, как избавиться от бесов.

Александр Фуфлыгин: Как?

Федор Куприянов: Постом и молитвой. Молитва есть общение с Богом.

Александр Фуфлыгин: Ну, я это понимаю.

Федор Куприянов: Это не монолог, адресованный небесам, мы что-то, там, сказали, и на этом все, галочку поставили, произнесли. Речь идет об общении с Богом. И я могу сказать, что, действительно, мы читаем жития святых, и там святые молятся целыми днями.

Обычный человек задает себе вопрос: как вообще он мог молиться целыми днями? Вот я себя ставлю на его место и думаю, ну, подождите, ну, я через час уже точно бы вышел из кельи и перестал молиться. Да это невозможно. Для Вас, наверное, подобная молитва закончилась бы через 20 секунд, и вы сказали бы: «Нет, спасибо, я больше так не хочу».

Почему? Да потому, что даже по своей жизни, по своему духовному опыту общения с Богом я могу сказать, когда я стою в храме и молюсь во время богослужения, то бывают, это не 100% времени, но бывают периоды, когда я ощущаю радость, ощущаю присутствие Бога.

Так вот, те отшельники, те монахи и, может быть, даже люди, которые жили в миру, мы знаем достаточное количество людей, которые являются праведными, жили в миру обычной семейной жизнью, которые молились очень много.

Почему? Потому что они ощущают общение с Богом, они ощущают общение именно с любящим отцом, а не с неким законом природы, и в данном случае это помогает человеку приблизиться к Богу.

И мы, которые молимся и ощущаем такую радость, может быть, эпизодически, мы стремимся к тому, чтобы она продлилась, чтобы эти моменты были все дольше, дольше и дольше. В эти моменты никакого страха нет и быть не может.

Александр Фуфлыгин: Вот одни эмоции я слушаю. Вы меня простите, можно я приведу один пример? Пример этот из Евангелия от Матфея и из Ветхого Завета. Сказано в евангелии от Матфея, что Иисус был назарей. Я этот внимательно очень вопрос изучал.

В Ветхом Завете сказано, что такое назарей — человек, который посвятил себя Богу. В момент посвящения Богу он не должен делать три вещи — вот те ограничения, о которых Вы говорите. Первое — это… Ну, не помню по порядку, это не входить в дом к покойнику…

Федор Куприянов: Не прикасаться к мертвым телам.

Александр Фуфлыгин: Ну, не прикасаться к мертвым телам, второе — это не брить волос на голове, бороды.

Федор Куприянов: Не стричь волосы, абсолютно верно.

Александр Фуфлыгин: И третье — не есть перебродившего винограда и не пить напитков.

Федор Куприянов: Любой виноград был запрещен.

Александр Фуфлыгин: Да. Если в символическом смысле посмотреть о том, что происходит… Ведь, извините, Иисус и в дом к покойнику входил, и вино пил, и о бороде ничего неизвестно. Объясняю…

Ведущий: Ну, давайте дадим ответить про заповеди назарея.

Александр Фуфлыгин: Подождите, Константин, разрешите до конца. Символически если, не брить бороды и волос — не заниматься внешностью. Если ты служишь Богу, если ты идешь к Богу, то не нужно заботиться об этом. Не то, что не бриться, не мыться — не сосредотачивайся на этом, не это главное.

Не входи в дом к покойнику — не о человеке, не о трупе речь-то идет, а не входи в то… скажем так, не исповедуй истин-то мертвых, которые уже отжили себя, иди вперед, к истине, к живой истине. Третье — не принимай дурмана, алкоголь — это дурман.

Федор Куприянов: Ну, собственно, давайте вернемся к назареям.

Ведущий: Давайте.

Федор Куприянов: Александр рассказал нам о том, кто такие назареи в Ветхом Завете. Вообще весь Ветхий Завет, о чем я уже говорил, это разные ограничения, направленные на то, чтобы они не ассимилировались, чтобы они были отделены.

Назареи просто дополнительно на себя брали вот эти ограничения — не прикасаться к мертвым телам, не вкушать… Единственный момент — речь шла не о вине, а о любом винограде. Виноград, изюм, масло, в том числе вино и уксус, которые они использовали. То есть не о дурмане речь шла, а просто вот такой запрет: а теперь вам еще запрещается есть все, что касается винограда.

Хлеб — а может быть, там виноградное масло использовалось? Вода — а может быть, туда виноградный уксус добавили для обеззараживания? И назарей обязан был соблюдать все эти ограничения, но эти ограничения ветхозаветные.

Если мы говорим о Спасителе, а Его тоже называли назареем, его назареем называли не потому, что он давал такие обеты или призывал к исполнению таких обетов. Он был из Назарета, просто созвучные фразы. Он был назареем, потому что он был из Назарета.

Александр Фуфлыгин: Назаритянин, из Назарета.

Федор Куприянов: Он назареем именно поэтому поименован, потому что мы знаем, что Он на Тайной вечере вкушал вино. Каким назареем Он мог быть, если Он поднял чашу с вином? Он воскрешал умерших, соответственно, прикасался к мертвым телам.

Александр Фуфлыгин: Вот в этом и проблема, понимаете, с моей точки зрения, Ваша, что Вы воспринимаете Библию как инструкцию для материального мира: что нам есть, куда нам ходить, как нам говорить, как одеваться.

Федор Куприянов: Перестали в Ветхом Завете это воспринимать так.

Александр Фуфлыгин: Это то же самое… Извините, это то же самое, что Библией ножку под столом, чтобы стол не шатался.

Федор Куприянов: В Ветхом Завете так было. В Новом Завете нет этих ограничений.

Александр Фуфлыгин: Не так.

Ведущий: Простите, мне просто кажется, что мы уже немножко так закольцевали наш разговор, потому что, конечно, Федор уже много раз сказал, как он воспринимает Библию, и что материальный мир там ни при чем, а главное, с точки неверующего, путь к Богу.

Я бы хотел, сейчас уже двигаясь к концу нашей беседы, по последнему вопросу нашим гостям задать, вот с чем связанному. Вы, Александр, много раз употребили слово «эмоция», что эта эмоция как нечто, достаточно поверхностное или несерьезное, неглубокое, уводящее в сторону.

А когда Вы говорите о цели, скажем так, Вашей духовной жизни и чтении Библии как достижении гармонии, спокойствия, радости, единстве с этим всеединством, это разве не эмоции?

Александр Фуфлыгин: Ну, понимаете, я немножко о других эмоциях говорю. Я говорю об эмоциях, которые веру заменяют. Когда человек чувствует какое-то удовольствие, оттого что он в храм ходит, это не вера. Когда он чувствует удовольствие оттого, что песни поет, это тоже не вера

Ведущий: Но то, что Вы о… это же тоже нечто, что заменяет, не знаю, национальное сознание и постижение. Вы говорите о конечной цели как о неком переживании радости, а это эмоции?

Александр Фуфлыгин: Ну, вообще человек не может без эмоций. Чувства, эмоции, ощущения — это основа человеческой психики, основа души. Вопрос в другом — чтобы эти эмоции, чувства, ощущения привести в определенную гармонию со всем этим миром.

Вот для меня эти эмоции важны в человеке, не вообще отрицая эмоции, а чтобы не было замены понятий. С моей точки зрения, в гигантских количествах, в огромном количестве случаев именно замена понятий, что идет речь не о вере, а о чем-то другом, о каких-то эмоциях, которые с Богом соотносятся.

Я не говорю, что это плохо, но этого недостаточно. Недостаточно человеку просто чувствовать какие-то положительные эмоции, чтобы считать себя верующим.

То же самое с Библией: недостаточно просто искать каких-то фактов — что нам кушать, как себя вести, это не то совсем. И это тоже там есть. Читай все, что хочешь, и понимай, что тебе близко, пожалуйста, но есть другое пространство, там речь идет совсем о другом, и это важно.

Ведущий: Вот тогда, Федор, Вам схожий вопрос. И вправду, это упрек… ну, не упрек, а мысль, которую часто можно услышать о том, что верующие, когда говорят о встрече с Богом, о радости общения с Богом, об общении как таковом с Богом, имеют в виду некоторое психологическое переживание.

Там, в храме приятная музыка, хорошая погода, может быть, запах ладана какого-то тоже оказывает чувственное воздействие. И вот эта атмосферность присутствия человека в храме, как правило, говорят скептики, есть то, что верующие считают богообщением, громким словом.

В чем… Как бы Вы сформулировали разницу между просто эмоциями и, если угодно, религиозным опытом?

Федор Куприянов: Ну, на самом деле, я соглашусь с Александром, что человек эмоционален. Действительно, для нас эмоции важны. Но религия — это связь, связь человека и Бога.

И человек, который ходит в храм, который читает Библию, который пытается молиться, который пытается стяжать святость, то есть становиться лучше, он устанавливает эту связь с Богом. И эта связь с Богом открывает для него очень многое и помогает ему.

Вот мы говорим о благодати, это действительно обратная помощь, которую Господь нам дает, для того чтобы мы стали святыми. И вот это все и является богообщением, это все и является путем к Богу.

Поэтому, когда говорят: «Ну, подождите, вот эти экзальтированные люди, которые там поклоны бьют, ну, это уж точно неправильно». Почему? Для человека, который не слышит ответа от Бога, действительно неправильно. Непонятно, чем люди занимаются.

Но они слышат ответ, и поэтому они готовы беседовать с Богом часами, как отшельники в своей келье, потому что они слышат, они общаются с Богом, они устанавливают эту связь с личностью, с Богом, с любящим отцом.

И я могу говорить о себе, что я иду по этому пути. Я не достиг вершины, да и никто про себя не скажет, даже  святые не могут сказать про себя, что они достигли вершины, но, тем не менее, мы идем по этому пути, и этот путь мы считаем правильным, православным.

Ведущий: Спасибо огромное за эту беседу.

Александр Фуфлыгин: Спасибо вам.

Ведущий: С вами была программа «Не верю!»

Пётр и Феврония

Прот. Андрей Ткачев: Братья и сестры, здравствуйте! Сегодня темой нашей встречи будут Петр и Феврония, в монашестве Давид и Ефросиния — небезызвестные для всех россиян, для нынешней России покровители брака и супружества. Здравствуйте, друзья!

В первой половине XIII века в городе Муроме жили долго и счастливо и скончались в один день, как и положено в идеальном браке, два человека княжеского рода — Петр и Феврония, в монашестве Давид и Ефросиния.

В приснопамятные времена президентства Дмитрия Анатольевича Медведева его благочестивая супруга, тогда первая леди, инициировала вопрос создания некого праздника, цементирующего семейные ценности. Так у нас возник праздник любви, семьи и верности, и с тех пор мы празднуем этот праздник в скверах множества российских городов, от Владивостока до Калининграда.

Появились скульптурные композиции Петра и Февронии, к которым теперь, вместо вечного огня, молодые пары после бракосочетания и венчания кладут цветы, и их житие как-то разошлось в народе, о нем узнали.

Петр и Феврония жили в XIII веке, житие их было зафиксировано на бумаге в XVI веке. По благословению митрополита Макария Московского при Иване Грозном стали составлять Великие Четьи-Минеи.

В то время каждая земля на Руси имела своих святых, были Новгородские, Псковские, Вологодские, Муромские, Смоленские святые, и, в силу обширности русской земли, не все знали о тех святых, которые жили в других местах. Своих святых знали и почитали, а чужих нет.

У митрополита Макария возникла мысль свести воедино в некий общерусский свод всех святых и из местночтимых сделать их общецерковно почитаемыми. Для этого в разные части нашей страны пошли писцы, образованные люди, как правило, монахи, которые выспрашивали у местных жителей: «А кто у вас здесь чтится? Кого вы почитаете — какого-то князя, юродивого, монаха?»

Тогда, в XVI веке, в Муромские земли попал некий инок Еразм, подписывавшийся Еразмом Прегрешным. Он и записал там эту устную легенду о местных князьях из XIII века, то есть до этого момента прошло 300 лет после их жития, большой кусок времени.

Житие Петра и Февронии получилось очень легендарным. Там появился какой-то змей, какая-то проказа на теле князя от крови этого змея, которого он убил. Из-за столь легендарного характера их жития в Четьи-Минеи его не включили, и оно осталось в русской литературе как повесть о Петре и Февронии.

Повесть об их житии сохранилась до нашего времени, и главное здесь не мифологическая система — не змей, не сражение с ним, а именно идеал супружеской верности и семейного бытия, чего людям всегда не хватало.

А ведь людям нужно на кого-то равняться. Скажем, художник может равняться на Тициана или Рафаэля, какой-нибудь балетмейстер равняется на Мариуса Петипа, музыкант мечтает быть вторым Бетховеном.

А на кого нам равняться, если мы хотим жить нормально в браке? Здесь обязательно нужны идеальные срезы бытия. И тут в нашей жизни возник такой идеальный срез супружеского бытия. Сегодня мы и поговорим с вами о Петре и Февронии, с тем, чтобы из XIIIвека завести их уже не в XVI, а в ХХI, что, с одной стороны, легче, а с другой стороны, сложнее, потому что жизнь очень изменилась.

Нам нужно будет извлечь для себя из этого короткого полулегендарного рассказа, имеющего под собой реальную основу, какие-то практические выводы, это наша задача, то есть нам нужно наполниться какими-то простыми смыслами, чтобы лучше понимать о семье и браке.

Вопрос: Добрый день! Меня зовут Екатерина. Я прихожанка обители Ганина Яма. Мы знаем, что Феврония была из простого народа, и, конечно, просто так князь к ней бы не пришел.

Как же в наше время обычной девушке достучаться до сердца мужчины из какого-то другого класса, даже просто обратить на себя его внимание, не обладая какими-то сверхспособностями? И что должна делать девушка, чтобы раскрыть ему свою душу, а не только внешность?

Прот. Андрей Ткачев: Во-первых, я не знаю, всем ли известно, что Феврония была дочкой древолаза. То есть ее отец был бортником, он собирал в лесу мед из диких ульев на деревьях, и это было его профессией.

Феврония была из очень бедной семьи, и она умела лечить, поэтому в самом житии говорится о том, что князя, пораженного кожной болезнью, какой-то проказой, направили к ней на лечение.

Встретила Феврония его странно. Она работала в доме, что-то делала, и перед ней, как пишется в житии, скакал заяц. Когда Петр пришел, она сказала: «Плохо, когда у дома нет ушей, а у светелки нет глаз».

Петр спросил, что означают эти ее слова, и она ответила: «Видишь, как бедно мы живем. Собаки у нас нет — у дома ушей нет. Если бы хотя бы дома был пес, он бы тебя услышал и залаял. В светелке дитя нет. Дите бы тебя увидело и закричало. Нет глаз у светелки, нет ушей у дома. Бедно мы живем».

Она начала загадывать ему загадки, как некий сфинкс, и показала ему особую, необычную глубину своего ума.  Феврония дала ему мазь, которой он помазался, но не весь, не полностью, и взяла с него обещание, что он на ней женится, если исцелится.

Он исцелился и подумал, с какой стати он должен жениться на какой-то простой девчонке, проказа вернулась, и он опять пришел к ней. Это такой очень остросоциальный момент — легенда о Петре и Февронии подчеркивает неравенство между ними.

Против Февронии восстали богатые люди, они сказали: «Чего это простолюдинка с нами, богатыми, здесь на равных?» Очевидно, что этот остросоциальный момент всегда актуален, то есть богатый бедному руки не протянет, богатый на бедной жениться не хочет, а если и женится, то его отторгнут свои же, богатые, как вступившего в неравный брак. Это вечная тема человечества.

И вот возникает вопрос, как же сегодня девушке составить свое счастье с человеком, который выше ее в социальной лестнице, не прибегая при этом к каким-то колдунам и шаманам.

Оказывается, мечта выйти замуж за социально более высоко стоящего человека составляет сердечное желание значительной части женского населения. На этом желании наживаются специальные учителя, которые ведут целые школы женского роста. Они собирают семинары, в которых участвуют по 700-800 женщин, и которые платят за эти семинары в общей сложности по 300-400 тысяч рублей.

На этих семинарах какие-то тетки учат их скакать на одной ноге, крутиться волчком на одном месте, произносить какие-то заговоры, разговаривать со своими внутренними органами — вести диалог с сердцем, с половыми органами, раскрывать в себе некий внутренний потенциал, чтобы через год они вышли замуж за министра. Они прямо так и говорят: «Заплатите мне 400 тысяч рублей, и за 2 недели я научу вас, как выйти замуж за члена правительства».

Но ведь членов правительства можно пересчитать по пальцам, а таких женщин десятки тысяч. Они платят этим бабам суммарно десятки миллионов рублей, и они, словно на манной каше, заваривают сумасшедшие деньги на такой простой вещи — как бы девушке выйти из грязи да в князи.

Мне лично кажется, что ловить сразу большую рыбу — это однозначно нацеливать себя на жизненную неудачу. Помните, в фильме «Москва слезам не верит» одна генеральша говорит: «Чтоб быть генеральшей, нужно выйти замуж за лейтенанта».

То есть сначала она была лейтенантшей, ездила с ним по дальним гарнизонам, питалась солдатской кашей в какой-то непролазной тайге, где дети не могли ходить в садик, где их заедали комары, и постепенно ездила из гарнизона в гарнизон.

Лейтенант становился капитаном, потом майором, поступал в академию и после этого становился полковником. Потом, через 35 лет добросовестной службы, на его погоны ложились большие звезды, и вот она уже генеральша в свои 55 лет. А иначе нельзя. А вот так сразу шмыг замуж за генерала — это, в общем-то, тема сценария для расхожих фильмов.

У нас сейчас наснимали множество фильмов о том, как девчонки пытались попасть в стюардессы, или в официантки, или в модельные агентства, как они, всеми правдами и неправдами, я извиняюсь, сначала ложились в постель, а потом шли в ЗАГС с каким-то человеком, стоящим выше их на социальной лестнице.

Мне кажется, что само такое желание подъедено молью, потому что достоинства богатого человека отнюдь не определяются его богатством. То есть, если человек ловится на такие внешние вещи, он изначально показывает, что он имеет не совсем чистые намерения. Это уже предосудительное желание.

Счастье девушки может быть со слесарем или с водителем троллейбуса, и зачем изначально вбивать себе в голову, что счастье возможно только с заместителем министра или с президентом какой-то отдельной страны? Почему нужно сразу себе формировать такую ложную картину мира?

Дорогие братья и сестры, мы беседуем сегодня о Петре и Февронии — о покровителях христианского брака, русских начальниках семьи, верности и любви. Мы возвращаемся в студию.

Конечно, у Февронии ум был совершенно уникальным, то есть она имела некое глубокое параллельное мышление. Она говорила с Петром загадками, словно в притчах Востока. Он не всегда понимал ее, она была явно умнее и сильнее его.

Потом люди, которые привыкли выбрасывать полкурицы и, чуть пригубив стакан, выливать все, выгнали их из княжества, после того как было замечено, что она доедает крошки со стола.

А ведь как ели раньше, допустим, средневековые рыцари? Они ели на больших кусках хлеба, ведь тарелок тогда не было, на этих кусках хлеба резали мясо и съедали его, а хлеб выбрасывали собакам. Люди привыкли так есть, а мы сейчас говорим: «Нельзя, чтобы кусок хлеба на пол упал, Боже сохрани. Что вы?»

Я думаю, что и у русских так было. Почему у бояр были такие длинные рукава? Этим они подчеркивали, что простую работу они не выполняют. С такими рукавами ни топор не возьмешь, ни косу, ничего не возьмешь.

Это же символизируют и длинные ногти у женщин, которые как бы говорят: «С такими ноготочками, извините, я тряпку в руки не возьму, на реке стирать мужнино белье не буду, тряпкой по полу возить не буду. Мои ногти не для этого». Это тоже символическая вещь, они как бы дают понять: «Простите, но я дорогая цуца, я не для простого труда создана». То есть человек сразу отсекает себя от простой жизни и от счастья.

Так вот, когда Петра и Февронию выгнали из княжества, она тоже была мудрее и сильнее его. Он, правда, показал себя мужчиной правильным, он не захотел ее бросить, лишился своего законного княжества и ушел вслед за супругой.

Феврония была сильной женщиной, она обладала некой внутренней силой и была чем-то похожа на княгиню Ольгу. Помните, как князь Игорь на речке домогался княгини Ольги? Он просил перевезли его на лодке на другую сторону реки, и по дороге что-то пришло ему в голову. По-видимому, он не привык принимать отказов, а тогда княжеские нравы были жуткими, это же были некрещеные люди.

Кстати, у Владимира, которого называли Красным Солнышком, в сельце Берестово под Киевом было до полутысячи любовниц. До крещения его называли неистовым в блуде, никакой сытости не было у человека. Очевидно, тогда они все были такими.

Так вот, князь Игорь получил от Ольги отпор: «Стой! Сейчас я утоплюсь». Он удивился: «Как? Чего топиться-то? Князь же к тебе любовь проявляет». А она ему и говорит: «Если ты, старший в народе, будешь таким развратником, то что с простых людей взять?» Она перевезла его на другую сторону реки и говорит: «Все, выходи. До свидания». Он вышел, и она уплыла.

Князь Игорь ее не забыл. Если бы она пошла ему навстречу, он бы ее тут же забыл, как забыл тысячи женщин, которых имел. Значит, было в ней какое-то целомудрие, твердость и мужество, какой-то мужской ум в женском теле, что-то было в ней такое, чего забыть нельзя.

А Феврония хотела замуж, причем за князя. Раз уж он попался ей в руки, то она его лечила, недолечивала, перелечивала, чтобы привязать к себе. Но для этого она обладала умом, волей, характером, какими-то знаниями, в том числе и врачебными, то есть был в ней целый набор сильных внутренних качеств.

Может быть, он влюбился бы в нее, если бы она была ослепительно красива, а он нет, он, наоборот, включил заднюю скорость и хотел от нее сбежать. Но болезнь вернулась, и он на ней таки женился. Поэтому внутреннее содержание женщины — в Февронии это есть.

Они умерли вместе, и тоже по ее молитве. Он послал гонца сказать ей, что умирает, и она ответила: «Пусть не умирает, пусть меня подождет». Она оставила какую-то свою работу и помолилась Богу, чтобы ей тоже умереть, и так и случилось.

Так вот, там вся история завязана на ней. На самом деле, это история о Февронии и Петре, ведь правильно, когда сначала лошадь, а потом телега. Когда супруги пишут записки: «Помолитесь о здравии Оксаны и Степана», — им говорят: «Стоп. Вы же муж и жена?» — «Да». — «Почему же вы так пишете? Пишите: о здравии Степана и Оксаны».

Казалось бы, это мелочи, и люди говорят: «Чего вы к мелочам цепляетесь?» Но это совсем не мелочи, это проявление мировоззрения людей. Вот она становилась сзади, а была первой. А часто бывает так, что человек становится впереди, хотя он явно сзади, по всем параметрам он хвост, а он лезет вперед.

Так что в этой женщине есть какая-то красота, и Еразм Прегрешный это подчеркнул. Кстати говоря, у Еразма, который написал это житие, есть еще одно произведение, в котором он пытается дать князьям назидание о том, что нужно любить простого человека и быть милосердным и сострадательным ко всякому человеку, о том, что нельзя никем гнушаться, нельзя никого презирать.

Исследователи русской литературы говорили, что это удивительное произведение, по своему духу совсем неподходящее для эпохи Ивана Грозного. То есть таких литературных произведений в то время не было. Тогда все молчали и принимали за данное то, что есть холопы, а есть князья, которые с холопов могли содрать шкуру.

У Еразма было какое-то социальное чувство справедливости, и оно отразилось также и в этом житии. Феврония простолюдинка, и это подчеркивается, но простолюдинка, очень богатая внутренне.

Я не думаю, что современный человек хочет искать внутреннего богатства. Многим непонятно, что это вообще такое — внутреннее богатство. Они думали, что если оно есть, то нужно побыстрее поменять его на богатство внешнее.

В общем, это повесть о Февронии и Петре, о внутреннем богатстве простой девушки, которая доказала его на целом ряде этапов этой кратко описанной совместной жизни.

Вопрос: Здравствуйте, батюшка! Меня зовут Юлия. Я в браке 9 лет, и у меня такой вопрос: говорят, что мы друг другу даемся по грехам.

Прот. Андрей Ткачев: Хороший вопрос.

Вопрос: Феврония была дана Петру, она его исцелила телесно, потом и духовно, и они создали свою крепкую семью. А как в современном мире так же исцелить друг друга в семье, чтобы, на крайний случай, не убить друг друга при исцелении?

Прот. Андрей Ткачев: Да, вообще стоит запомнить эту фразу, что мы даны друг другу по грехам, То есть, с одной стороны, такая высокая поэзия о браке, что браки вершатся на небесах, но с другой стороны, мы же падшие люди. Господь Бог так это прикладывает, все эти зазубринки, одну к другой, чтобы мы друг другу помогали спасаться.

Кто сильно строптивый, тому дается еще более строптивый супруг: «На тебе. Ты думаешь, что ты самый главный. Тебя с таким спаровали фруктом, что он вообще тебя стреножил, и все». Да, такое вполне возможно. Я думаю, что это прекрасная фраза. То есть мы живем друг с другом, для того чтобы друг у друга как-то обрубать, обсекать эти острые углы.

Так мы шлифуемся, и через какое-то время жена уже может сказать: «Спасибо тебе, милый. Благодаря тебе, я начала работать на кухне. Я полюбила кухню, и теперь я там и пеку, и варю, и что-то заготавливаю на зиму. А раньше у меня обе руки были левыми, и я только сидела и красилась». Сначала это выглядит, как такой жестокий урок, а потом окажется, что это нормально.

Или муж, например, лежит на диване и смотрит футбол с утра до вечера. Она ему говорит: «Слушай, ты что, с ума сошел? Чего ты лежишь? Иди, что-то делай, иди, таксуй. Короче, вставай. Ну, чего ты валяешься? Я бегаю по двум работам, а ты валяешься».

Если он нормальный мужик, через пару лет он ей скажет: «Спасибо тебе. Я, благодаря тебе, начал работать. Я полюбил трудиться, и скоро мы выплатим ипотеку». То есть, в принципе, они будут смирять друг друга, а снаружи это будет выглядеть, как некая война.

Но если они проведут эту войну победоносно с обеих сторон и до конца правильно, тогда в конце мы получим нормальную семью, двух обтершихся, ставших гладкими супругов. Он ей скажет: «Спасибо тебе. Ты мне была дана для спасения».

И совсем не бывает так, чтобы какие-то порхающие ангелочки спустились с небес, он со стороны юго-востока, она со стороны северо-запада, и так как-то слетелись в районе ЗАГСа, поженились и порхают себе оба, и беспроблемно наслаждаются.

Кто придумал такую глупость? Такого не бывает в принципе. Но люди ведь именно этого и хотят. Ну, не хотят девушки жить на съемной квартире и стоять после работы у плиты. Они хотят, чтобы их на дорогом автомобиле повезли ужинать в ресторан, а потом привезли домой, в горячую ванну, и чтобы вокруг них ходили, как вокруг Клеопатры.

А какая ты Клеопатра? Ты глянь на себя в зеркало. А она мечтает именно об этом, чтобы какой-нибудь замминистра почему-то на ней женился и ходил вокруг нее, как вокруг Клеопатры, кругами. Но это полное безумие.

Вопрос: Здравствуйте, отец Андрей! Я работаю машинистом метро. У меня такой вопрос: был такой период, когда Петр и Феврония подвергались гонениям, и в отношении них проявлялась несправедливость. Скажите, поиск справедливости — это потакание своей гордыне?

Прот. Андрей Ткачев: Да. В поиске справедливости очень удобно закопаться гордыне, и тем более удобно, что человек как бы говорит: «Ну, я же не за себя, я же за справедливость». То есть у него словно написано на фасаде: «Я за справедливость», — и поэтому он удобно закрывает глаза на то, что в глубине он неправ.

Мы же многослойные люди, мы, как матрешка, все глубже и глубже, и матрешечки все меньше и меньше. Самая дорогая — самая маленькая матрешечка, она самая такая миниатюрненькая, ее тяжело вырезать. И в человеке как бы много всего. Снаружи он говорит: «Да, давайте за справедливость».

Но, знаете, как нам говорит Евангелие, каким судом судишь, таким будут судить тебя. То есть, если ты сильно кричишь о справедливости, то ты тоже должен стать на суд справедливости. На этом суде справедливости вполне может оказаться, что ты не выдержишь его, что ты окажешься не совсем достойным тех мерок, которые предлагаешь другому человеку.

Я понимаю, что власть плохая, ну, плохая, но еще хуже тот, кто говорит: «Давайте сбросим их и поставим меня». Это вообще ужас, это хуже, чем то, что есть, потому что, чтобы предлагать себя в качестве альтернативы, нужно просто не иметь совести. Здесь человек либо не знает о своих грехах, либо знает, но сознательно их утаивает, и на чужих грехах строит свою мнимую праведность. Да, там есть место гордыне.

В борьбе за справедливость полегло не меньше людей, и нанесено не меньше людьми друг другу ран, чем в откровенной борьбе за власть или за что-то еще, то есть это опасная вещь.

Революция — это что такое? Это борьба за справедливость, желание наконец-то навести на земле порядок. То есть, до каких пор дети будут беспризорными? До каких пор жены будут брошенными? До каких пор один будет обедать за те деньги, за которые целая семья живет две недели? До каких пор это, до каких пор то?

Люди раскочегарили себя, потом побежали, поехали, полетели, а потом оглянулись — а за ними уже пролиты целые реки крови. И что? И ничего. Природа человеческая не изменилась. То есть ничего не меняется, только льется кровь, и выкрикиваются лозунги.

Я думаю, что в человеческой истории так происходит постоянно. Другой вопрос — эти мнимые борцы за справедливость вообще понимают, что они неправы, в принципе неправы, или они действительно уверены, что правда на их стороне? Вот здесь есть вопрос.

Николай Сербский говорит: «Не кричи про чужие грехи, пока не вспомнишь о своих». То есть, как только вспомнишь о своих грехах, сразу отпадает желание кричать о чужих.

Откуда берется этот пафос? Пафос берется либо от сознательного утаивания своих злых намерений, либо от слепоты. То есть, либо ты слепой и ничего не понимаешь, либо ты сознательно имеешь какую-то хитрую цель и кричишь про справедливость, а на самом деле у тебя цель какая-то другая, а справедливость только ширма, маска, транспарант, за которым ты прячешься. Вот в этом я уверен на 100%.

Вопрос: Здравствуйте, отец Андрей! Я Кирилл, студент второго курса юридического вуза. У меня такой вопрос: во время длительных отношений с любимой девушкой возникает какое-то охлаждение чувств, когда ты умом понимаешь, что это твоя единственная девушка, а сердце немного охладевает.

Как избежать этого охлаждения чувств в современном мире? Ведь мы же знаем, что Петр и Феврония под конец жизни жили в разных монастырях, но, тем не менее, чувства у них не охладевали.

Прот. Андрей Ткачев: Ты знаешь, когда нравы свободные, и слово «нельзя» как бы исчезло из лексикона, есть опасность все самое вкусное съесть еще до брака. В браке у тебя есть права и обязанности, и есть возможность насладиться правами, а потом остаются только одни обязанности, и тогда всякий интерес действительно охладевает.

Знаете, как дети едят торт? Они пальцем повыковыривают сверху весь крем, все эти вишенки, разроют его, он потеряет товарный вид, и его уже и есть не хочется. И есть такой риск, что молодые люди, встречаясь, съедят все сладкое еще до брака, а потом брак вырастает в какую-то официальщину, которая приносит человеку только одни обязанности и в правах уже не приносит ничего нового.

Если это так, то Вы находитесь в той группе риска, в которой находятся все молодые люди. То есть в это блюдо нужно добавить такую специю как целомудрие, потому что целомудрие — это специя, которая делает вкусной всякую еду.

Иов пишет: «Можно ли есть пресное без соли? Есть ли вкус в яичном белке?» Так вот, чтобы отношения не были пресными, современным людям нужно целомудрие.

То есть нужно ходить в кино, на выставки, нужно читать и обсуждать одни и те же книги, нужно созваниваться, какое-то время не видеться, и обязательно нужно быть целомудренными. Вседозволенность пресыщает, и от этого просто становится тошно. Пресыщенный человек ничего не ценит.

Добавьте целомудрия в свои отношения, и у вас сразу все наладится, и поднимется градус интереса друг к другу. Для Вас просто взять девушку за руку или обнять ее будет сокровищем, а не то, что можно себе позволять, когда нет слова «нельзя». Вот это, собственно, и есть обратная сторона свободы. Мы свободные люди.

Молодой человек или девушка говорит: «Не командуйте мной. Я уже взрослый, у меня есть паспорт. Ваши законы и морали — это ханжество, это средневековье, отживший век, это больше не работает. Мы — люди информационной эпохи, сейчас XXI век, технологии, свободная мораль».

Да на здоровье, только потом не жалуйтесь. Но вы же потом приходите и жалуетесь, ходите к психологам, пьете успокоительные. А потом вы говорите: «Где мой единственный? Почему я одна? Почему у меня нет детей? Почему он от меня ушел?»

И начинаются все эти «почему», люди бьются головой о стенку и ищут виноватых. Но не ищите виноватых. Если вы несчастны, просто вспомните свою жизнь и поймите, что целомудрие, верность, воздержание, уважение — это не архаика, это норма бытия, это некие фундаментальные вещи, лежащие в основе жизни.

Эти вещи постареть не могут, как не стареют небо и земля, невзирая на то, что появились телефоны, самолеты. Небо такое же новое, как и вчера, как будто его только вчера создали, оно не стареет. И земля, сколько мы ее, бедную, ни мучаем, все равно рожает и рожает, кормит нас и кормит. Это же она нас кормит, не устает кормить.

Это никакая не архаика. Чуть-чуть целомудрия, и все будет хорошо. При наличии целомудрия брак будет нерасторжимым. При условии вседозволенности браки становятся очень хрупкими.

Вопрос: Здравствуйте, отец Андрей! Меня зовут Екатерина Белова. Город Москва, я делопроизводитель. У меня такой немножко провокационный вопрос. Как-то я видела видео, и в нем говорилось о том, что Феврония просто шантажировала Петра, и что он боялся ее всю жизнь. А то, что они оказывались в одной могиле, так это их просто переносили туда-сюда. Как Вы это прокомментируете?

Прот. Андрей Ткачев: Ну, там не могила была, там они лежали в раке внутри храма. Например, во Владимире на Клязьме в храмах лежат князья, монахи. Так вот, Петр и Феврония оказывались в одной раке, и это не было связано с эксгумацией.

У Спиридона Тримифунтского в тапочках находят водоросли. Ему регулярно меняют тапочки, и они каким-то образом оказываются стоптанными. То есть он, видимо, встает из гроба, куда-то ходит, делает то, что ему нужно, а потом ложится обратно.

Вот и Петр как-то вставал и переходил к Февронии. Возможно, он ее боялся, и здесь нет никакой провокации. Все нормальные мужья боятся своих жен. Что же тут удивительного? Особенно, если муж любит жену, он очень боится ее обидеть, а жена — она же имеет власть над мужем. Муж имеет власть над женой, а жена имеет власть над мужем. Между ними как бы заключен некий взаимный договор о власти.

Тот, кто боится, всегда лучше того, кто не боится. Страх дан человеку как защита, как благословение Божие. Если бы мы были бесстрашными, то мы не дожили бы даже до 15 или 16 лет. Парни просто попадали бы с высоты, залезая на всякие крыши и деревья, а девчонки по-своему наломали бы дров.

Пусть каждый Петр боится своей Февронии. А то, что Феврония боялась Петра, в этом нет сомнений. Они же слышали: «Жена да боится своего мужа». Женщины того времени вообще боялись своих мужей, ну, и мужья боялись своих жен и правильно делали. Почему нет?

Посмотрите, как после корпоратива возвращаются домой холостяки, и как возвращаются женатые мужчины. Холостяки идут веселые, душа нараспашку. Правда, им жить, в принципе, грустно, потому что они одинокие, как перст в огороде. А женатые идут, тихонько открывают двери, когда все спят, а там уже стоит ангел-хранитель и говорит: «Где был? А ну дыхни!»

Кому по жизни лучше? Я, даже не закрывая глаз, не гадая, скажу: по жизни лучше женатому ответственному человеку, имеющему какие-то свои обязанности. Конечно, ему лучше, чем человеку безответственному, которому на все наплевать, и который никому неподотчетен. Так что нас такими провокациями с ног не собьешь.

Вопрос: Здравствуйте, отец Андрей! Меня зовут Тим Яковлев. Я работаю видеоблогером и ведущим. У меня такой вопрос: говорят, что противоположности притягиваются, и если искать, к примеру, вторую половинку для совместной жизни, то нужно искать именно противоположность? Или, если я энергичный, то стоит ли искать такую же энергичную девушку?

Прот. Андрей Ткачев: Здесь голова помогает мало. То есть, если бы ты был джигитом и искал коня, то, я думаю, тебе нужно было бы определять некий набор качеств лошадей, хорошо разбираться в них и иметь деньги, чтобы его купить.

Если ты покупаешь машину, например, ты знаешь, что тебе нужно для работы или для чего-то другого, но, если речь идет о человеке, это же не машина и не конь. Поэтому ты можешь влюбиться в совершенно непонятного человека — в женщину, в девушку, которая вроде бы тебе никак не подходит.

Если решать все это головой, то ты бы сказал: «Боже, почему именно она? Почему я без нее жить не могу? Она вообще человек не моего романа. Я даже представить себе не мог, что влюблюсь в такого человека». Обычно так и бывает, и здесь есть некая тайна.

Соломон говорит, что он не понимает трех вещей: путь змеи на скале — она не оставляет следов, путь корабля в море — след быстро затягивается, и путь мужчины к сердцу девушки. То есть, каким образом эти сердца встречаются, почему именно она, почему то, а не это, понять трудно. Поэтому, я думаю, опираться здесь на свой головной расчет не стоит.

Например, я вот холерик, пусть и она будет такая же, или пусть она будет другая. Или гороскоп, что ли, составлять: «А когда ты родилась?» Она говорит: «Тогда-то». — «Нет, ты мне не подходишь». Это будет ошибочный подход, потому что там может все совпасть, а с человеком у тебя ничего не будет клеиться.

Ты можешь влюбиться в женщину старше тебя и вдруг скажешь: «Боже, почему? Да я никогда об этом не думал». Ты можешь полюбить женщину с ребенком, а можешь, наоборот, влюбиться в какую-то девчонку, которая еще школу не окончила, и будешь ждать, когда она, наконец, ее окончит, чтобы быстрее жениться.

Так что будьте готовы к азартным приключениям. Все, что касается любви, вообще никак не выходит из головы, все это получается очень азартно. Это такая неожиданность, это именно то, что есть божественное, то есть то, что не рассчитывается наперед.

Так что здесь ничего не ищите, просто будьте способны любить. Ваше счастье будет зависеть от того, насколько вы способны любить, рассмотреть красоту за неброской внешностью или рассмотреть какую-то оригинальность там, где ее никто не замечает.

Чтобы влюбиться, нужно иметь другие глаза. Кто-то из святых сказал, что по улицам ходят миллионы совершенно обычных людей, и если любого человека вырвать из толпы, то кто-то любит этого человека. Для любящего человека этот человек из толпы уникальный, а для нас он как бы совершенно незаметный, потому что панорама современного города — это миллион одинаковых лиц.

Вот станьте возле выхода из метро и понаблюдайте хотя бы 15 минут, как этот вал людей входит и выходит, это же целые массы народа, но каждый человек уникален. И каждого в этой толпе кто-то любит, и для того, кто любит, у этого человека совершенно неповторимые глаза, это совершенно неподражаемый человек.

В этом есть какая-то тайна любви. Пока молодой человек не влюблен, вокруг него мужчины и женщины. Как только он влюбляется, рядом с ним она, а вокруг нее люди. До сих пор мужчины и женщины были легко различимыми, и вдруг появляется она, и кругом люди. То есть это уже не мужчины и женщины, это уже просто люди, а она — это уже она.

Так же и у девушки. Пока у нее нет его, кругом мужчины и женщины, потом появляется он, и вокруг него люди. Вот это и есть любовь. А кто для нас будет именно этим человеком, мы не можем знать заранее. И слава Богу, что не можем.

Вопрос: Здравствуйте, отец Андрей! Меня зовут Диана. Я студентка Дипломатической академии при Министерстве иностранных дел. У меня такой вопрос. В современной жизни мы привыкли к тому, что в отношениях первый шаг делает мужчина, но пример Февронии говорит совершенно о другом. Первый шаг сделала она, она хотела замуж.

Как современной девушке, находясь в этом постоянном ожидании, не упустить своего счастья, но при этом не быть слишком навязчивой?

Прот. Андрей Ткачев: Хороший вопрос. Да, это действительно мучительно для современной девушки, потому что, с одной стороны, девушка вроде бы эмансипирована, и она считает себя вправе начать первой, хотя ее держат тысячи внутренних механизмов — естественный стыд, какая-то генетическая память, осуждение людей. Ну, нельзя, да? Правильно. А она говорит: «Да почему нельзя?» И действительно, почему нельзя?

С другой стороны, мужчины стали несколько нерешительными в этом отношении. Они, как какие-то телята, ходят, мычат и ничего не делают. И что тут делать? И вот здесь пример Февронии в этом смысле очень актуален. Она решает эту проблему, благодаря своей мудрости.

В ней есть какая-то глубокая начинка, благодаря которой, он поступает правильно. Она не стыдится своего естественного желания выйти замуж, она не кокетничает: «Ну, нет. Ну, что вы?» Она говорит себе: «Я хочу замуж, причем именно за этого человека», — и она делает со своей стороны неординарные шаги. Она не соблазняет его, она как-то по-другому это делает.

Девушке нужно признаться себе в естественном желании: я хочу замуж. Я думаю, что, чем раньше девушка даст себе этот внутренний ответ, тем меньше у нее в жизни будет проблем, потому что они отодвигают этот вопрос: «Ну, нет. Ну, что вы? Наверное, нет». Девушки почему-то стыдятся этого своего вопроса.

Да почему же нет? Хотеть замуж — это же нормальное желание, и искать нужно все-таки победы от ума. Почему премудрый Соломон говорит: «Ищи премудрость, полюби ее, как подругу, как невесту. Пусть она хранит тебя днем и ночью. О ней об одной думай, потому что премудрость дороже золота, дороже драгоценных камней. Пусть она хранит тебя на всех твоих путях. Люби премудрость, ищи премудрость».

Видимо, нужно искать эту премудрость, предстоящую Божию престолу, чтобы в нужное время поступить правильно. Возможных ситуаций же миллионы, и мы не можем заранее их спрограммировать, но человек, обладающий премудростью и просящий у Бога мудрости, как поступить, найдет способ завести разговор или включиться в какие-то отношения без греха.

Феврония нам как раз говорит: «Да, пожалуйста». Многие девушки потом уже говорят: «Да мы бы так и не поженились, если бы я первая не подошла». А парень говорит: «А я все боялся, смущался. Я все думал, моя, не моя». А она как-то хитренько взяла отношения в свои руки, и, спустя какое-то время, они женились, и все у них нормально, брак устоял.

Очень важно, чтобы брак устоял. Просто жениться — это, на самом деле, не очень трудно, а вот сделать так, чтобы брак сохранился, устоял, окреп и реализовался — это уже задача другого порядка. Потом проходят многие годы, и она говорит: «Да если бы я к тебе тогда не подошла, не посмотрела на тебя, ты бы так ничего и не понял». У мужчин появилась какая-то инфантильность, которой раньше не было.

Помните святого Иосифа, который был в египетском плену, целомудренного прекрасного Иосифа? Когда Иосиф в плену был рабом у начальника телохранителей фараона, его в отсутствие мужа домогалась госпожа, жена этого человека.

Она положила глаз на Иосифа и домогалась его прямо внаглую. Она схватила его за одежду и потащила на кровать с требованием: «Спи со мной». Он вырвался от нее, оставив в ее руках одежду. Потом она его осудила, говорила, что он пришел ее изнасиловать, и Иосиф за свое целомудрие попадает в тюрьму. То есть за то, что он боялся Бога, он еще и угодил в тюрьму.

Это один из ярких эпизодов Священного Писания. Иоанн Златоуст говорит об этом следующее: «Эта картина из писания предвозвещает будущие времена, в том смысле, что в женщину Господь Бог вложил некий избыточный стыд, который удерживает ее от активности в поиске мужчины.

По законам мира, в котором мы живем, мужчина должен искать женщину. И женщина согласна на этот поиск, но стыд заставляет ее избегать его, уклоняться или делать вид, что она избегает. В конце времен женщина отбросит всякий стыд, и тогда она будут еще настырнее искать мужчин, чем когда-то мужчины искали женщин. И вот тогда спастись будет невозможно».

Когда развратившаяся женщина, отбросившая стыд, с удесятеренной энергией будет искать мужика, тогда все пропало. Процессы эти запущены давно, и кто-то скажет: «Да это уже есть сейчас», — и в подтверждение своих слов они могут привести много примеров, что так оно и есть. Да и я знаю, и вы, может быть, знаете такие примеры.

Но, с другой стороны, мы знаем, что далеко не все женщины такие. Есть множество женщин, девушек, которые хранят некий избыточный стыд как Божий дар и ведут себя достойно. Поэтому женщине нехорошо искать мужчину, это такая антихристова модель мира. Мир будет уже совсем близок к концу, когда так будет везде.

Поэтому здесь нужно действовать умом, а не какими-то чакрами. Все же грамотные в отношении индуизма, все знают фэн-шуй, все слышали о чакрах, но они научились не тому, чему нужно. Они еще «Отче наш» не выучили наизусть, но уже знают, что есть чакры, и какие чакры как действуют. Вот такой русский человек сегодня.

Дорогие друзья, мы возвращаемся в студию. Сегодня наш разговор о Петре и Февронии — о Муромских князьях, покровителях брака, семьи и верности. Еще одна интересная тема как раз о верности.

Помните, когда Петр и Феврония плыли на лодке уже в период своего изгнания, ее домогался какой-то родственник, и она ему сказала: «Выпей воды из реки с этой стороны лодки, — он выпил, — выпей воды из реки с этой стороны лодки», — он снова выпил. Она его спросила: «Вода разная?» Он ответил: «Нет, одинаковая». — «Вот так же одинаково и женское естество».

Слышите, какой мудрый ответ? Попробуйте так сказать: «Попей воды из этого стакана и той же воды из другого стакана, и что, вода разная?» — «Нет, она та же». Слышите, сколько мудрости вложено в слова эти? Но она же не только эти слова сказала, она ему много чего в жизни сказала. Вот эти маленькие кусочки, которые мы знаем из того, что она говорила, каждый раз попадают прямо в десятку. Вот что такое настоящая женщина.

Получается, что блудник безумствует, не просто грешит, но безумствует, потому что он ищет то, что у него уже есть, если он женатый человек. Если все то же самое, то чего ты ищешь?

Вопрос: Отец Андрей, меня зовут Лола. Я в браке 20 лет. Теперь, спустя 20 лет, я могу сказать, что в браке я счастливом. У нас с мужем есть дети и крестные дети. Конечно, одно из главных сердечных попечений —  дети. Они подрастают друг за дружкой, входят в переходный возраст, затем в чуть более взрослый возраст, их тянет друг к другу, словно мотыльков на огонь.

Сколько бы ты ни приводил примеров, и из житий святых, в том числе, они говорят, что это здорово, это красивая история, но способны ли они на брак в раннем возрасте, например, в 18-19 лет, когда видно, что они влюблены, но еще незрелые? И могут ли они быть зрелыми в 18-летнем возрасте? Конечно, это невозможно.

Прот. Андрей Ткачев: Ну, да, ясно, что это проблема еше та. Но, в зависимости от воспитания, два 18-летних человека могут быть совершенно разными. Мне известно достаточное количество примеров целомудренного отношения друг к другу молодых людей разного пола даже в возрасте 25 лет и так далее.

И это примеры целомудренного отношения друг к другу не потому, что они какие-то ущербные, увечные или неполноценные, а потому, что они имеют страх Божий. Есть люди, которые в 18-19 лет уже способны жениться.

У меня есть примеры, когда люди сохранили дружбу еще со школы. Они женились по окончании школы и давно уже разменяли полтинник, у них уже есть внуки, и они много лет живут вместе. Такие примеры тоже существуют. Может быть, этого в процентном отношении не хватает настолько, чтобы это было видно всем, но это существует.

Поэтому моделей здесь может быть несколько: либо женить их пораньше, только, чтобы у них была профессия или желание обрести профессию, чтобы они не были тунеядцами и иждивенцами и работали, либо продлевать этот срок женитьбы, но вести себя целомудренно.

Все-таки целомудрие остается нормой. Кто-то может его потерять, не сохранить, но эта норма не отменяется. Целомудрие как норма должно оставаться. Если говорят: «Да ладно, пусть делают, что хотят», — это, мне кажется, преступная и очень ошибочная мысль.

Поэтому целомудрие есть норма, а жениться нужно, конечно, пораньше. Но что такое «пораньше»? Кому-то в 19 лет уже можно, кому-то нельзя, но в 25 лет можно жениться уже всем. А куда дальше ждать? А в 28 лет тем более, а в 30 уже пора детей вести за ручку в школу, бантики завязывать.

Я думаю так. Кто думает иначе — у него есть свобода думать иначе, но цель-то — не погубить себя, не сгуляться в край и не разбить свою будущую жизнь. Поэтому целомудрие — это норма, ее нельзя отменять, и жениться нужно пораньше.

А для того чтобы жениться пораньше, нужно быть созревшим сознательным человеком. В 19 лет уже можно быть созревшим сознательным человеком. Я понимаю, что, конечно, трудно при живых родителях, которые пытаются поддержать, накормить, одеть, а ты только учись, потому что никакой ответственности он на себя не берет, но стремиться к этому надо.

Просто, когда ребенку, например, было 6 лет, мы даже думать не думали, что его нужно воспитать так, чтобы в 19 его можно было женить, поэтому каких-то навыков ему не хватает, есть еще какая-то незрелость, сырость, и психологическая, и бытовая. Нужно просто поставить правильные ориентиры и цели, а добиться можно всего.

Люди могут все, они очень сильные существа. Можно поставить себе цель, например, воспитать своего парня так, чтобы в 20 лет он мог быть отцом семейства, и он будет им, воспитается таким образом. Или можно воспитать его так, чтобы он не лег с женщиной до тех пор, пока не предложит ей руку и сердце, не распишется и не повенчается. Это тоже достижимая цель, просто мало кто их ставит.

Проблема не в том, что мы такие цели ставим, а они у нас не получаются, их просто никто не ставит, поэтому они и не получаются. Нужно просто ставить такие цели, и человек, повторяю, это такое существо, которое обычно достигает поставленных целей.

Ну, а сегодня мы уже подходим к завершению передачи, посвященной святым Муромским князьям Петру и Февронии, в иночестве Давиду и Ефросинии. Отдельная благодарность супруге Дмитрия Анатольевича Медведева, усилиями которой, как я уже говорил, у нас появился праздник.

Народ — он ведь воспитуем, только нужно знать, куда идти. Вот это выбранное направление очень верное. Семья, как говорил Паисий Афонский, это то последнее, что есть у человечества, и, если разбить ее, то все остальное рассыплется, и его уже не соберешь.

Поэтому в нашем больном народе, в этом чахлом современном человечестве нужно поддерживать единственное, чем жив человек, целый комплекс семейных добродетелей — верность, честность, трудолюбие, многодетность, широкую семейственность, и так далее, и так далее.

Сегодня мы говорили о тех людях, которые помогают нам в этом, о Петре и Февронии — Муромских князьях, умерших незадолго до нашествия Батыя на Русь, до начала монгольского ига, в конце 20-х годов XIII века в городе Муроме. Мощи их лежат вместе, рядышком, как и положено. То есть они жили долго и счастливо и умерли в один день. О них это действительно можно сказать.

Я желаю мира вашим семьям. Желаю ищущим брака найти свою половину и не ошибиться. Желаю всем иметь страх Божий и любить Христа. Все остальное при наличии этого получится. До свидания. Спасибо.

Семья Гавриковых. Дорога жизни мальчика Саши

В чем смысл моей жизни?

Смысл жизни. В чем он заключается, где его искать и стоит ли искать вообще?
Всегда ли работа – призвание и должна ли она приносить удовольствие?
Этот святой не мыслил своей жизни вне миссионерского служения, но как он это понял и кто ему в этом помог?

Я очень хочу жить. Ольга Филиппова

Без сердца

Горошница. Кулеш

Геннадий и Наталья Назаровы

Епископ Орский и Гайский Ириней. Сопереживать каждому

Епископ Ириней: Одни люди приходят к Богу по той причине, что родились в религиозной семье. Есть другие люди, они приходят после того, как потерпели какие-то неудачи, скорби. Есть другая категория людей. Они приходят к Богу, потому что почувствовали какую-то радость и благодарят Бога.

Какой путь самый легкий, самый нужный, самый важный, выбирает каждый, но, думаю, что многие запоминают путь, когда через скорби приходят.

Наталья Смирнова: Но есть и еще один путь — это путь в поисках Бога, когда ты сознательно начинаешь искать смысл жизни, пытаешься ответить на те или иные вопросы. Владыка Ириней считает, что этот путь самый угодный Богу, ведь ты добровольно, а не вынужденно идешь к Нему навстречу.

Монах или священник?

Наталья Смирнова: Он родился на Троицу, был крещен в день памяти Сергия Радонежского почти с рождения. У родителей не было сомнений по поводу имени — будущего епископа Орского Иринея назвали Сергеем.

Папа и мама Сережи Тафуня были людьми глубоко верующими, но свои религиозные убеждения скрывали. В советской Молдавии, где жила семья, царил тяжелый дух атеизма.

Епископ Ириней: Стать священником я не хотел или просто боялся, точнее, по той причине, что были тяжелые годы — 80-е, и просто заявить, что ты верующий, или, тем более, стать священником, ну, было трудно. Боялся, смогу ли я ответить на те вопросы, которые задавали еще тогда многие ребята, или смогу выдержать напряжения, трудности.

Наталья Смирнова: Школу он вспоминает как длительное тяжелое испытание. Самым трудным было носить пионерский галстук. За его отсутствие строго наказывали, вплоть до рукоприкладства.

Епископ Ириней: Помню, пионервожатая взяла как-то, ударила за то, что галстук мой был в кармане. Я не успел надеть его, к тому же, она говорила, надо было гладить его дома, и по этой причине она взяла и ударила по щеке.

Наталья Смирнова: Владыка Ириней признается: из-за всеобщего давления и насмешек над его религиозными убеждениями он так и не решился стать священником, хотя мысли были.

Епископ Ириней: 80-е годы, даже конец 80-х — для Молдавии они были намного тяжелее, эти годы, чем для Москвы. В Москве готовились…

Наталья Смирнова: Для России в целом.

Епископ Ириней: Ну, в целом, еще, наверное, нет, а вот Москва — да, потому что в Москве готовились встретить юбилей Крещения Руси. А в Молдавии полным ходом издавали книги о атеизме, против веры. Это было в порядке вещей, и намного строже было, чем здесь, в Москве.

Наталья Смирнова: Больше всего он мечтал стать учителем в школе, но быстро разочаровался. Разбитная студенческая жизнь и вольные нравы были совсем не по духу воспитанному в строгости и скромности Сергею Тафуня.

Епископ Ириней: Я не увидел, не нашел то, что желал. Для меня учитель — это святой человек, который отдает все, что есть у него лучшее, человек, который жертвует ради кого-то. А я увидел разные вольности и думал: нет, я все-таки выберу другой путь.

Очень многие, скажем так, ценности Запада приходили в Советский Союз, и многие позволяли себе, ну, очень многое. Я думаю: нет, это не то, что я хотел.

Наталья Смирнова: Ну, если не учителем и не священником, кем тогда? Точку в его сомнениях поставил отец Наум из Лавры, куда частенько ездила семья будущего семинариста.

Епископ Ириней: После того как я оказался в монастыре, полгода я прожил рядом с епископом Викентием. Я думал: все, стану монахом. Потому что видел труд этих людей, как жили насельники монастыря, какая дружная семья была. В первые дни особенно, пока монастырь возрождался, я думал: вот это счастье, вот это то, что я искал.

Монашество и аскеза

Наталья Смирнова: Когда-то владыка Ириней служил в Новоспасском монастыре, поэтому, когда бывает в Москве, при первой возможности приезжает сюда, где остались его братья и духовные наставники.

Он давно отсек свою волю и радуется каждой возможности служить ближнему. Монашество с его аскетической жизнью и бытом он полюбил всей душой еще в юности. Помнит, как в семинарии студентом тренировал свое тело и дух, чтобы усердней учиться.

Епископ Ириней: Брал тазик с водой, ставил у кровати, и, чтобы не засыпать, ноги в тазик. Открываешь глаза — ты проснулся и дальше учишь. Конечно, это не самый хороший способ и метод запоминать, учить.

Наталья Смирнова: Он тогда заметил: чем больше послушаний на себя берешь, тем больше успеваешь, и тем лучше учишься.

Епископ Ириней: Я помню, в тот период, когда я работал на просфорне, нам платили какие-то деньги, даже, в принципе, очень хорошие деньги для тех времен. В то время учился лучше всего. Практически, ну, четверок было мало, одни пятерки. И не уставал.

Наталья Смирнова: То есть, когда Вы были загружены полностью, все равно при этом хорошо учились?

Епископ Ириней: Да, да, вот очень, очень хорошо.

Наталья Смирнова: Какой вывод из этого, владыка?

Епископ Ириней: Из этого…

Наталья Смирнова: Не надо себя жалеть, ла?

Епископ Ириней: Это послушание, очень угодное Богу.

Наталья Смирнова: Владыка Ириней стал епископом в 2011-м, почти 10 лет назад. Столько же руководит воскресной школой Новоспасского монастыря. Кроме того, ответственный по делам молодежи монастыря и руководитель православного театра.

Эти стены для него как родные. Не став в начале своего пути учителем, он нашел себя в дальнейшем в преподавании духовных дисциплин. Впрочем, оставил себе и светские предметы — в Орском институте он преподает студентам социологию и историю. Светские предметы даются тяжелее, признается владыка.

Епископ Ириней: Сложнее, но интереснее преподавать в светском учебном заведении, чем в духовном.

Наталья Смирнова: Почему?

Епископ Ириней: Тебе все время приходится доказать и ответить так…

Наталья Смирнова: Чтоб они поняли.

Епископ Ириней: Чтобы этот человек понял, и он, благодаря… если не сегодня, то через какое-то время пришел к Богу. Важно иногда давать ему возможность подумать, увидеть другой взгляд, не соглашаться с тобой.

И еще ни в коем случае ты не должен оценивать студента, ставить хорошую оценку или просто зачет, если он верующий, и наоборот. «Не поставлю, если ты так веришь», — нет, это глупо, так нельзя.

Наталья Смирнова: Он знает, через несколько лет этот неверующий студент тоже может прийти в храм и в духовную семинарию.

Епископ Ириней: Вот важно услышать вот этот призыв Бога. Он случится по-разному. Услышать и следовать. Помню, однажды парнишка поступал в Московскую духовную семинарию. Экзамены сдал очень плохо, но, благо, кроме экзаменов, в семинарии проходит беседа с ректором, проректором, еще, там, преподаватели.

И вот он у ректора. Его спрашивают: «А почему Вы решили поступить в семинарию духовную?» Говорит: «Я однажды находился на остановке и неожиданным образом увидел — валяется бумага. Поднял ее. Я прочитал». А это была страница Нового Завета. Он рассказал тот текст наизусть. Там не было начала и конца, но он говорит: «Я поверил в то, что прочитал».

Наталья Смирнова: Он старается, как может, облегчить студенческую жизнь, в том числе финансово. Для лучших студентов Орской епархии ввел стипендию. Он хорошо помнит, как непросто далась учеба его родителям. Убежден, поддержка Церкви студенчества — лучшее вложение в будущее ее епархии.

Потерянный рай

Наталья Смирнова: Обычно грецкий орех не выживает в наших суровых условиях, но владыка — уроженец Молдавии, и, как человек южный, все рассчитал верно. С одной стороны, дерево защищает теплотрасса, а с другой — крепкая монастырская стена.

Грецкий орех владыка посадил на территории Новоспасского монастыря, когда служил здесь как представитель Молдавской митрополии. К монастырской обители у него самое трепетное отношение.

Епископ Ириней: Там просто молитва братьев, насельников обители, как раз согревает.

Наталья Смирнова: Похоже на рай, да, владыка?

Епископ Ириней: Да, да. А, в принципе, любое место, где совершается молитва, превращается в потерянный рай, и храм, в котором совершаются богослужения, это место, куда люди приходят и имеют возможность славословить Творца вместе с Ангелами и Архангелами.

Это место, куда они приходят и возвращают свой потерянный образ, становятся подобными в храме, благодаря тому, что соединяются с Богом в Таинстве Причастия.

Наталья Смирнова: Самый яркий пример преображения для него — это исповедь одного злостного преступника. Владыка тогда служил в молдавской колонии.

Епископ Ириней: Был один уважаемый человек для тех людей, авторитетный.

Наталья Смирнова: Криминальный?

Епископ Ириней: Да. Совершал очень много преступлений. И вот однажды он пришел. Говорит: «Я хочу поговорить с Вами». Мы поговорили. Он покрестился. Не знал на тот момент, что болеет. Спустя время короткое он заболел. Удалось еще раз исповедовать, может, не один, причащать и соборовать.

Он ушел в иной мир другим человеком, и многие удивлялись тому, как этот разбойник, можно сказать, бандит, нашел силы и пришел на исповедь, на беседу к священнику.

Я так иногда думал: может, Господь поставил меня служить там, чтобы этого человека привести к покаянию, чтобы этого человека крестить, чтобы он через то служение покаялся, пришел к Богу? В 11-й час, но он пришел.

Наталья Смирнова: Запомнилась владыке встреча и еще с одним разбойником. Однажды на остановке к нему подошел человек с явным намерением его убить.

Епископ Ириней: Подошел человек, который сказал: «Не знаю, кто Вы, но голос говорит — я должен Вас убить». Я говорю: «Хорошо, брат. А чем занимаетесь?» Говорит: «Я сатанист». — «Жертвы приносил когда-нибудь?» Говорит: «Да, я приносил кошек, собачек, а людей никогда. Но вот голос говорит — Вас я должен».

Я говорю: «Хорошо, подумай. Если Вы принесете меня в жертву или убьете, я ведь стану мучеником. Вас сатана похвалит? Вы будете рады, что из меня сделали мученика? Или, наоборот, Вас отругают? Если бы Вы предложили мне пойти выпить с Вами, покурить и совершить какие-то грехи, тогда это был бы подвиг с Вашей стороны, похвала бы со стороны сатаны, а так — нет.

Подумай. Для верующего человека, особенно для священника, умереть ради Христа, служить Ему — это счастье, это не каждый еще сподобится. Я бы хотел закончить свою жизнь таким образом, но не знаю, достоин ли принять такой мученический венец».

И он так подумал, подумал, еще мы беседовали, каким образом он дошел, прочее… Говорит: «Вы знаете, все-таки Вы правы. Нет, убивать, ничего не буду». Но было видно, что у него что-то в кармане, там, или нож, или еще что-то. И на лице человека можно рассмотреть и определить, агрессивный человек или нет.

В принципе, когда Авель пострадал — Каин убил брата, то Священное Писание четко говорит, что Господь наложил знак, и он сохранился на лице Каина. И любой из нас, если ходит по дороге, замечает что-то или кого-то видит, понимает, что вот агрессия, вот что-то человек представляет собой, не знаю, кто он, но опасен.

Наталья Смирнова: Он скупо делится историями из личной жизни. Внутренне осекает себя, чтобы, не дай Бог, не похвалиться. Всегда держит в памяти принцип духовной жизни — не хвалить себя.

Епископ Ириней: Любой христианин должен помнить: скорбеть легко, отдать последнее тоже возможно. Намного труднее радоваться с тем, у которого сегодня радости, которого наградили, отметили. Поздравить порой я готов и буду, но говорю себе: чем я хуже? Почему его, а не меня? Вот здесь я должен меняться.

Наталья Смирнова: То есть уметь радоваться за…

Епископ Ириней: Уметь радоваться с каждым. К этому призываю. Важно еще всегда говорить правду. Из того, что я знаю, многое знаю, скажу что-то, но то, что сказал, это правда. Если я всегда поступлю, слушая голос совести, а голос совести — это и есть голос Божий, то Господь даст мне силы, мои ответы будут иметь соль.

Если даже ошибусь, принимая верное решение, как я думаю, слушая всегда совесть свою, то Господь направит мои взгляды, мои мысли изложенные, высказанные, в нужное русло только по той причине, что я всегда честно поступаю, только по той причине, что я всегда слушаю голос совести и говорю правду.

Есть белое, есть черное. Скажи, где белое, где черное. Подбирай слова, не унижай личность, не обижай кого-то.

Трагедия в Орске

Наталья Смирнова: Самое тяжелое, что пришлось ему пережить, это трагедия в Оренбургской области. 11 февраля 2018 года в результате авиакатастрофы самолета, следовавшего из Москвы в Орск, погибло 65 пассажиров. Среди них должен был находиться и владыка Орский Ириней.

Епископ Ириней: Студенты пошли мне навстречу. Я читал с 6-и до 8-и в пятницу вечером, в субботу вылетел на Орск, а лекцию должен был читать в субботу. Если б я читал ее в субботу, то я бы вылетел на Орск в воскресенье и оказался среди тех людей, которые погибли.

Наталья Смирнова: Промыслительно, что, перенеся полет на другой день и оставшись в живых, он стал одним из тех, кто утешал в скорби всех родных и близких погибших.

Епископ Ириней: Наша задача была приехать в аэропорт и утешать людей. Я видел многих, были знакомые, были незнакомые. Я не знал, кто приехал встречать родственников, а кто приехал утешать или оказывать какую-то помощь, но видел слезы, горе людей, как некоторые кричали, плакали сильно-сильно.

И вот нужно было в этот момент утешать их, успокоить. В этом пока заключалась наша задача. Я помню женщину, которая приехала… Татьяна уже зовут, знаю. Ребенка и мужа, один ребенок в семье. Поехал в столицу по той причине, что окончил школу, второе полугодие окончил, хорошие оценки были, и мама обещала с папой, что обязательно поедет на экскурсию в Москву. Она не знала о трагедии, только там…

Наталья Смирнова: То есть она поехала встречать их в аэропорт?

Епископ Ириней: Она приехала, да. Я видел, как сокрушалась, она плакала сильно. Не мог не плакать рядом с ней.

Наталья Смирнова: Он плакал тогда с каждым и каждому пытался найти слова утешения, хоть и было очень тяжело. И только Господь мог ответить на вопрос, почему Он попустил такую трагедию, и почему его оставил жить.

Епископ Ириней: Если человек получит ответ, если он успокоит себя, это будет ужасно. Ужасно по той причине, если утешаю себя, если получаю ответ, значит, я в какой-то степени забываю. Вот этого не должно быть.

Важно жить так, чтобы этот вопрос — зачем, почему, задать Богу, спросить Его. Для этого надо достойно жить, беречь голову. Она нужна и для меня, и для окружающих людей. Трагедия уже случилась. Не дай Бог, еще заболею, и еще одна наступит.

Давайте утешать друг друга, ведь жизнь продолжается. Только так. Сложно очень было, особенно, когда, помню, привезли останки людей. Очень многие поехали и должны были встречать, и каждый встречал свой гроб.

Наталья Смирнова: Он постоянно возвращается к тому дню. Он служит ему напоминанием о быстротечности земной жизни и приближении жизни вечной.

Епископ Ириней: Пришел к выводу, что Господь оставил, чтобы мог утешать этих людей, служить Ему, принести какую-то пользу. Совершить покаяние, вспомнить свою жизнь и помнить — конец может наступить в любой момент. Важно быть готовым, но, пока оставил, я должен служить Ему, служить, пока могу.

Прямой эфир
  • 09:00 "Утро на СПАСЕ" (0+)
  • 11:00 "Зачем Бог?!" (0+)
  • 11:30 "ПРЯМАЯ ЛИНИЯ.ОТВЕТ СВЯЩЕННИКА". (6+)(субтитры)
  • 12:30 "Люди будущего". (16+)

Программы