Ложь о «Святых предпринимателях»: кто запрещает Христу спасать богатых? / Тест на правду

В Зале Церковных Соборов Храма Христа Спасителя в Москве состоялся показ документального фильма телеканала «Спас» «Святые предприниматели». Картина рассказывает о людях, которые занимались торговлей, производством, промышленностью — и при этом не отделяли свой труд от веры.
Однако ещё до широкой премьеры фильм вызвал раздражение у части современных левых. В телеграм-каналах необольшевики стали высмеивать само название «святые предприниматели», заявляя, что предпринимательство и святость несовместимы.

Лично мне показалось, что этот фильм не столько ставит какие-то исторические вопросы, сколько поднимает вопросы глубоко богословские. А когда я увидел реакцию необольшевиков, то понял, нет, не показалось.

Святость и предпринимательство действительно противоречат «коммунистическому богословию» и основным догматам этой религии.
Маркс с Энгельсом действительно призывали к изъятию всей частной собственности, а Ленин даже к физическому уничтожению предпринимательства. Человек предприимчивый, яркий, не ленивый, инициативный, умеющий зарабатывать, реализующий в бизнесе свои таланты, огромным трудом, аскетизмом и бережливостью сколачивающий капитал – это «гадина, которую надо раздавить», если вспомнить слова Ленина. Это не только основа их политики, но и антропологии.

Почитайте певцов революции Блока, Горького, Маяковского. Они все говорили о «новом человек», которого создают большевики. «Тут дело посерьезней, — писал Горький – чем просто революция, тут сколачивается новый вид людей, новая антропология».

Об этом ведь, если помните, и была сатира Булгакова «Собачье сердце». О том, как Шарики становятся Шариковыми и уничтожают всех, кто на них не похож: от кошек, до профессоров.
Уничтожение частной собственности и искоренение предприимчивой жилки в человеке – это главные задачи марксисткой политической борьбы. Предприниматель, собственник, производитель, любой капитал, сколоченный усердным трудом – для них это классовый враг. Маркс почти мистически, почти религиозно ненавидел капитал, называл его «грязным с головы до пят по самому факту рождения». То есть, освобождение человека и преображение общества в религии небольшевиков связано исключительно с уничтожением частной собственности и предпринимателей как класса. Отсюда и знаменитое ленинское: «Никакой пощады этим врагам… Война не на жизнь, а на смерть богатым и их прихлебателям…»

Поэтому, конечно, идеология, которая расстреливала кулаков и загоняла крестьян в колхозы, отбирая у них паспорта, не могла не возмутиться самим словосочетанием «Святые предприниматели». Потому что всю свою историю она уничтожала и тех, и других – и святых, и предпринимателей. Она в одном рву укладывала и священников, и купцов.
Так что перед нами не спор на историческую тему, перед нами пример религиозной ненависть к целому человеческому типу: к собственнику, к хозяину, к человеку дела, талантливому предпринимателю, который, к тому же, за свой духовный подвиг еще и прославлен в лике святых.

Это полная противоположность всей марксисткой религии и большевистской антропологией, которая не способна видеть никаких создателей производств, крепких хозяев, строителей больниц, попечителей школ, благотворителей музеев и театров.

Для них это исключительно эксплуататоры, капиталисты, буржуи, частнособственники, кулаки, мироеды, торгаши, лавочники и прочий мелкобуржуазный элемент. Всех их надо уничтожить как опасного классового врага или завистливо ненавидеть.

Без эксплуатации чувства зависти коммунизм прожить не способен. Это его главный двигатель. Ведь за большим капиталом стоит большой труд, стоят бессонные ночи, огромные усилия, работа без выходных и годы без отпусков. И вот именно это раздражает больше всего, это вызывает зависть. Шариковы всегда будут воевать с чужим талантом, с чужой яркостью, с результатом чужих усилий и трудов. Поэтому их главный тезис: все отнять и поделить. Их раздражает сама способность отдельно взятого человека что-то организовать, рискнуть, нанять других людей, дать им работу, построить больницу, школу, храм. Это ломает большевистскую икону мира, в которой предприниматель должен быть исключительно мироедом, купец — пузатым хищником, фабрикант — угнетателем, а меценат — лицемером.

А тут, оказывается, в стране были Третьяковы, Морозовы, Бахрушины, Рябушинские. Были люди, которые строили культурную, промышленную, больничную, музейную, образовательную ткань России. И были даже святые, которые вышли из предпринимательской среды. Это все свидетельствует против их марксистско-ленинской догматики, против революции, которая отняла у людей собственность, взорвала церковь, перепрошила семью и заменила совесть классовым чутьем.

Святой предприниматель категорически несовместим с человеком, который не способен построить своего, но может отнять чужое, не может ничего создать, но может всех критиковать и обличать, не может подняться, но хочет, чтобы все вокруг присели. Потому что он не выносит никакой высоты и никакого неравенства. Потому, что высота и разность роста напоминают ему о том, что сам он карлик.
Так что фильм «Святые предприниматели» — это не просто фильм «о думах про былое», это богословский диалог, задел на новый интересный разговор о христианском подвиге и святости. Этот фильм говорит о том, что христианское богословие гораздо сложнее и тоньше, чем политическая демагогия. Оно не освящает жадность, но оно и не проклинает талант, не благословляет эксплуатацию, но и не канонизирует зависть, не говорит богатому: «ты спасён, потому что богат», но и не говорит бедному: «ты спасён, потому что беден». Христианство вообще страшно неудобно для идеологий, особенно для тех, которые хотят, чтобы Христос подтвердил их политическую схему.

Этот фильм важен именно потому, что он возвращает христианскую сложность туда, где нам снова предлагают большевистскую простоту. А большевистская простота известно, чем заканчивается. Сначала нам говорят, что мир делится на «хороших бедных» и «плохих богатых», а затем и те, и другие просыпаются в очереди за колбасой или в тюремных бараках — ну, зато без «святых предпринимателей» …
Вот почему этот фильм важен для нас не только с исторической, но и с богословской точки зрения. Он нужен, чтобы мы отвергли очередную ересь, которая навязывает обществу мировоззрение, где предприниматель заранее проклят, а бедный заранее прав; ересь, которая восхваляет экономически беспомощных и проклинает те, кто умеет работать, рисковать и создавать; ересь, которая делает из Красной Пасхи красный плакат и назначает Христа почётным председателем районного комитета по борьбе с капитализмом.

Таков наш век. Его ложь. Его правда. И наш тест.